Лев Рубинштейн

Лев Рубинштейн

поэт и публицист

13.01.2014

Дефицит чувств

Наше общество пока не готово принимать близко к сердцу чужую утрату

Фото: Наталья Львова / ИДР-Формат

Объявлять или не объявлять общенациональный траур по жертвам терактов, авиакатастроф и других трагических событий? Надо ли ждать распоряжения главы государства? Или каждый из нас способен самостоятельно решить, как поступать в такие дни? Поводов для скорби, к сожалению, не становится меньше, а значит, нам предстоит поднимать этот вопрос снова и снова. Жаркие споры, разгоревшиеся вокруг предложений отменить новогодние увеселения и объявить траур по жертвам волгоградских терактов, — лишнее тому подтверждение. Эти споры свидетельствуют, что наше общество пока не готово принимать близко к сердцу чужую утрату. Траур, на мой взгляд, несет важную нравственную нагрузку. Он призван показать людям, пережившим утра- ту, что они не остались один на один со своим горем. Соблюдая траур, мы демонстрируем им свою солидарность. Однако желание отказаться от увеселений и просмотра развлекательных передач, как и способность сопереживать горю незнакомого человека, определяется не указами президента и не распоряжениями местных властей. Оно появляется вместе с другими признаками гражданского общества, которое еще только начинает формироваться в нашей стране. Мне кажется, федеральные телеканалы поступили бы правильно, отказавшись в новогодние праздники от своих попсовых развлечений. От отсутствия таких впечатлений никто бы не пострадал, а телевидение могло бы сделать хоть что-то для воспитания добрых чувств, а не потакать тем, кто готов плясать и веселиться, несмотря ни на что. Случись нечто подобное волгоградской трагедии в любой другой стране, уверен, там был бы не только траур, но и шествия, и свечи в окнах, и другие формы выражения гражданской солидарности. А телеканалам, которые не в силах хоть на день отказаться от пошловатой «развлекухи», наверняка объявили бы бойкот, как это уже бывало. Но в нашем обществе механизм сострадания не работает, а государство, похоже, не заинтересовано в его запуске. В любой другой стране руководство моментально реагирует на такие события. Первые лица сразу выступают с заявлениями и отправляются на место трагедии, чтобы лично выразить соболезнования и поддержку. Наши руководители к этому пока не готовы, да и граждане ничего такого от них не ожидают. Так уж сложилось, что во все времена нас воспитывали в духе того, что есть государство с его интересами и есть граждане, которые должны это государство обслуживать и за его интересы умирать. Вспомним слова про людей, которых считают винтиками великого государственного механизма, вспомним строчку из песни про то, как отряд не заметил потери бойца, или известный афоризм «Нет человека — нет проблемы». Все идет оттуда. Все у нас делалось не ради кого-то, а ради чего-то. Простой человек никогда не ощущал заботу и внимание со стороны государства и общества. Поэтому в нас, в отличие от тех же европейцев, исторически не развиты механизмы помощи и сострадания конкретному человеку. Кто-то говорит, что наша страна слишком велика и трагедия жителя Волгограда слишком далека от жителя Владивостока. Надо признать, наши бескрайние просторы не способствуют единению. Но едва ли размеры страны имеют такое большое значение в эпоху информационных технологий. США — тоже большая страна, но атака 11 сентября стала трагедией не только для жителей Нью-Йорка, но и для всех американцев. Давайте вспомним трагедию в Беслане. В Москве на эти события мало кто отреагировал, а в Риме прошла огромная манифестация. Оказалось, итальянцам очень важно выразить свое сочувствие и сострадание по поводу трагической гибели детей в далекой чужой стране. Но при всем при этом появляется робкая надежда, что наше общество со временем научится чувствовать и сострадать. Благотворительные и волонтерские проекты последних лет — это первые ростки гражданского общества, которые пробились не благодаря, а вопреки усилиям государства. Ведь государству нашему в лице чиновников не нравится, когда граждане отбирают у него монополию на добрые дела. Тем более если на эти дела собирают деньги, которые попадают к нуждающимся, минуя чиновничьи кабинеты. Наше государство, как оказалось, неуютно себя чувствует в присутствии гражданских институций, а потому норовит объявить их иностранными агентами, обложить налогами и затравить всяческими инспекциями. Я очень надеюсь, что эти ростки не зачахнут и со временем превратятся в заметную общественную силу. Тогда не нужны нам будут чудовищные бюрократические нормы, позволяющие объявить общенациональный траур лишь в том случае, если погибли сто и более человек. Люди смогут сами определять уместность и масштабы траурных мероприятий. Надеюсь, нам вообще не потребуется никакого официального объявления, чтобы выразить свою скорбь и сострадание совершенно незнакомым людям. 

Записал Роман Уколов