Дмитрий Быков

Дмитрий Быков

писатель, публицист

05.11.2017

Лопата не выросла

Чтобы закопать человека, который на протяжении полувека был для всей планеты символом борьбы за будущее, надо соответствовать масштабу этой перемены. Надо дождаться тех, кто придут не по праву силы или обмана, а так, как пришел Ленин. Как возмездие.

В желании отдельных российских граждан предать земле тело Ленина нет ничего противозаконного и сенсационного: как уже успели заметить многие здравые люди, русская жизнь от этого мало изменится. Есть опыт советской власти, в изобилии сносившей памятники и не продлившей этим свои дни. И на Украине, где памятники Ленину сносили особенно увлеченно, от этого не прибавилось счастья – Ленин как раз символ успешной революции, и если новая революция хочет быть успешной, ей полезно напоминать о ленинском триумфальном шествии. Похороны Ленина – конечно, событие символическое, лишенное всякой прагматики; но вот самый этот символизм делает захоронение вождя крайне несвоевременным и даже опасным мероприятием. По двум причинам.

Во‑первых, Ленин – действительно напоминание о том, как однажды получилось и как массы преобразились из толпы в народ. Можно сколь угодно негативно относиться к убеждениям Ленина – нельзя отрицать одного: ему удалось разбудить Россию, и огромное большинство ее населения, прежде совершенно пассивное в историческом смысле, ринулось решать собственную судьбу и строить новое государство. Сегодня население смотрит на всю российскую политику как на смешной, фриковатый, не слишком даже увлекательный сериал и категорически не желает хоть минимального риска, хоть самого иллюзорного переустройства социума. Оно уже обожглось на всем. Похоронить Ленина – значит похоронить надежду на то, что здесь еще возможно перерождение; что страна умеет не только злорадствовать, развалясь на диване, не только выживать, но и строить, и выбирать, и мыслить. Ленин напоминает не только о репрессиях, голоде и разрухе, но и о том азарте, который он умел внушить отчаявшимся и опустившим руки. А руки сегодня опустили практически все – кроме, разумеется, силовиков, потому что их руки не для скуки. Вот у них сейчас полно азарта, они ставят увлекательный эксперимент – сколько еще готово терпеть вверенное им население и есть ли у этого населения хоть какой-то предел.

Вторая причина, по которой не следует торопиться с избавлением от Ленина, – довольно свое-образный подбор персонажей, которые ратуют за похороны: это Рамзан Кадыров, Ксения Собчак и Наталья Поклонская. Солидарность в этом вопросе, вдруг проявленная столь разными людьми, заставляет насторожиться. Что у них общего? С одной стороны, Ленин для них – напоминание о политике совершенно нового типа, и они на фоне Ленина выглядят далеко не так убедительно, как на фоне Путина. С другой – Ленин напоминает им о том, что любой политик должен предлагать некую концепцию, идею, парадигму, словом, нечто, помимо собственной личности. А у всех троих с этим как раз проблемы. Ленин потому и победил, что предлагал нечто гораздо большее, чем он сам. Вот почему такой всенародной популярности, как он, не знал в России ни один царь и уж подавно ни один бунтарь. Сегодня закопать Ленина – не признак превосходства, не залог национального примирения и даже не обещание выхода из тупика; напротив, сегодня хоронить Ленина будут те, кто значительно ему уступает по всем параметрам. И это уже, как хотите, стилистический диссонанс. В случае со Сталиным было не так, поскольку Сталин был фигурой гораздо более плоской и мелкой, чем Ленин, и когда Хрущев его закапывал, это было вполне органично.

Иное дело – похоронить Ленина: событие хоть и не слишком рубежное (потому что советская власть закончилась давно и безвозвратно), но в любом случае значительное. И вот для того, чтобы Ленина закопать, надо быть не менее значительными людьми, чем те, кто принимал участие в его бальзамировании. У нынешней России, что называется, лопатка не выросла закапывать человека, который на протяжении полувека был для всей планеты символом борьбы за будущее. Не важно, каковы были его права на эту символизацию: так легли карты и встали звезды. Ленин олицетворял надежду на справедливый мир и свободу, на пробуждение масс и торжество просвещения. С его именем умирали – и воскресали из мертвых, как Корчагин. И те, кто будет его сегодня прятать от людских глаз, должны по крайней мере соответствовать масштабу этой перемены. Не им хоронить Ленина, так мне кажется. Надо дождаться тех, кто придет по праву: не по праву силы или обмана, а именно так, как пришел Ленин. Как возмездие.

Вот они его и закопают. И душа его, может быть, обретет покой. А если его вынесут из Мавзолея сегодня, он, мне кажется, покраснеет от обиды и негодования, как вспыхнули щеки у отрубленной головы Шарлотты Корде, когда помощник палача ударил ее в знак триумфа.