Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас
Сергей Шелин

Сергей Шелин

Обозреватель информационного агентства «Росбалт»

26.12.2016

Эта неуютная планета

В 2016-м заветная мечта Кремля, как никогда, приблизилась к исполнению: мир действительно становится многополярным. Но в этом мире России будет неуютно

«Попытки создать однополярный мир не утвердились. Мы живем уже в другом измерении», – сказал недавно Владимир Путин. С этим не поспоришь. Уходящий 2016‑й действительно был самым «многополярным» годом после Второй мировой. Формальные правила вроде бы еще прежние – ни G7, ни G20 никто не отменял, Генассамблея ООН принимает резолюции, Совбез заседает, но то, что принято называть международной атмосферой, меняется на глазах. События перестают укладываться в логику, к которой человечество так привыкло в эпоху гегемонии сначала двух, а потом и одной сверхдержавы.

Избрание Дональда Трампа, козыряющего изоляционизмом. Brexit. Миграционный кризис в ЕС и сопутствующий ему взлет правого популизма и евроскептицизма. Сирия и Ирак, раздираемые на куски местными и неместными, ближними и дальними.

Пыль пока не осела. Подлинный размах перемен станет понятен позже. Но очевидно повсеместное усиление интереса к realpolitik, нацеленной на достижение каждым мировым игроком собственных, а не коллективных целей, как бы эти цели ни понимались.

Поскольку путинская Россия именно так и действует уже давно, то ее вождю самое время напомнить о своей духовной победе. Она налицо. Но ирония ситуации в том, что побед практических прошедший год нашей державе как раз и не принес. Скорее, наоборот, обозначил пределы возможностей.

2016‑й стал еще одним годом хозяйственного спада и снижения стандартов жизни. Крымский экстаз прошел, а повседневность вгоняет рядового россиянина в уныние.

Вес России в мировой экономике продолжает снижаться. Уровень производства в конце 2016‑го не выше, чем был в середине 2008‑го, на тогдашнем предкризисном пике. Вошедший у нас в моду тезис о «потерянном десятилетии» если и выглядит преждевременным, то самую малость. Ведь в сколько-нибудь заметный подъем в 2017‑м – 2018‑м не верит никто, включая и составителей казенных прогнозов.

Даже самое святое – военные траты – в 2017‑м – 2019‑м запланировано слегка сократить. Не оттого, что больше не хочется, а потому, что потолок возможностей российской экономики достигнут. Расходовать 6% ВВП на военные цели – это слишком много, чтобы страна могла развиваться, и одновременно слишком мало, чтобы она была сверхдержавой. Общемировые военные расходы в двадцать с лишним раз больше.

Если realpolitik станет законом международной жизни, то какая роль на этом глобальном толковище достанется России, стране с размером экономики впятеро меньше китайской или американской? С хозяйственной мощью и военными тратами, которые ощутимо уступают, скажем, суммарному потенциалу трех других стран–участниц войны в Сирии – Турции, Саудовской Аравии и Ирана?

2016‑й как раз и стал временем осознания этого факта. Террористическое убийство российского посла в Анкаре уж точно более вопиющее событие, чем годом раньше сбитие самолета у турецких границ.

Контраст между крайней взвинченностью кремлевской реакции тогда и предельной ее аккуратностью теперь бьет в глаза. За год к Путину и его кругу пришло понимание, что Турция слишком сильна, чтобы безответно служить объектом пропагандистского попирания. Хочешь не хочешь, турок приходится брать в долю и мириться с тем, что они получат в Сирии свой кусок.

В 1980‑е старцам из советского Политбюро даже и в голову бы не пришло взять кого-то в долю в Афганистане. Но родился многополярный мир, и Россия в Сирии – лишь один из полюсов.

А ведь на планете есть игроки и посильнее, вполне способные потребовать от Москвы за свою благосклонность куда более высокую плату. Если прежние ограничения и тормоза и в самом деле исчезнут, то не только нашему начальству все станет дозволено.

Некоторое утешение можно найти в том, что многополярность свалилась на человечество довольно неожиданно и мало кто понимает, как с ней теперь обходиться.

Голосование за Brexit успешно состоялось, но полгода спустя британские усилия клонятся к поискам такого способа уйти из Европы, чтобы на самом деле там остаться. Трамп победил, но признаков по-настоящему революционного скачка в прошлое пока не заметно.

Есть еще надежда, что глобальный поворот к realpolitik окажется не таким уж радикальным. Если да, то это будет в интересах России, по крайней мере, долгосрочных. Ведь для нашей страны многополярье – совсем не такое уютное место обитания, как это грезится нашим правителям.

КОНТЕКСТ

11.01.2017

Без еды, воды и чистого воздуха

В ближайшие 10 лет ВЭФ прогнозирует рост неравенства, изменения климата, межнациональные раздоры, киберзависимость, старение населения

21.05.2015

СМИ: Евросоюз близок к сворачиванию программы «Восточного партнерства»

СМИ: Евросоюз близок к сворачиванию программы «Восточного партнерства»

26.11.2014

Путин: Россия не будет ввязываться в геополитические конфликты

Путин: Россия не будет ввязываться в геополитические конфликты