30.06.2015 | Алексей Баусин

Мы были вынуждены реагировать, но не прибегая к помощи «вежливых людей»

Посол, Глава Представительства Европейского Союза в России Вигаудас Ушацкас рассказал «Профилю» об эффекте российских контрсанкций и перспективах диалога Москвы и ЕС

Фото: предоставлено представительством Евросоюза

— На минувшей неделе Евросоюз продлил антироссийские санкции до 31 января 2016 года, увязав срок их действия с выполнением Минских договоренностей. Но очевидно, что переговоры между Киевом и представителями ДНР и ЛНР буксуют. Возникает вопрос — ЕС готов продлевать санкции против России до бесконечности?

— Мы готовы ко всему. Но заинтересованы в одном - не только словами, но и конкретными делами доказать наше общее стремление к тому, чтобы на Украине стало спокойно, безопасно и стабильно. А для этого нужно предпринять соответствующие действия, которые зафиксированы в единственном документе с конкретными обязательствами, который приняла и Россия, и украинская сторона. Европейский Союз содействует тому, чтобы эти обязательства были полностью выполнены.

— То есть, в случае необходимости Евросоюз может ужесточить санкции в отношении России, если Москва, по мнению ЕС, не будет пытаться влиять на ДНР и ЛНР?

— У нас есть определенный арсенал дополнительных возможных решений, но давайте сейчас не будем опережать события. Важнее делать конкретные шаги для выполнения Минских договоренностей.

— Не исключено, что кризис на юго-востоке Украины может перейти в замороженное состояние. У Евросоюза есть какая-то «стратегия выхода» для этого случая?

— Мы следим за дискуссией, которая идет сейчас в России, и следим за заявлениями сепаратистов в Донецке и Луганске. Конечно, мы очень озабочены таким продолжительным конфликтом, который повлек огромнейшие потери среди мирного населения. Я надеюсь, что здравый смысл победит, и все, у кого есть соответствующие рычаги, помогут стабилизировать ситуацию на востоке Украины.

— Урегулирование отношений с Россией ЕС жестко увязывает с проблемой Крыма. Однако возвращение Крыма обратно в состав Украины – фантастический сценарий, в том числе и из-за настроений населения полуострова. Как Брюсселю видится решение крымской проблемы, которое устроило бы все стороны?

— Не мне строить догадки о каких-то возможных сценариях, но совершенно очевидно, что Европейский союз не признал и не признает нелегитимную аннексию Крыма. И это уже создает неудобство для жителей Крыма, визы мы им выдаем на территории Украины.

— Некая усталость в отношениях между ЕС и Россией накапливалась давно. Если представить, что санкции сняты, диалог между Москвой и Брюсселем будет идти в стиле business as usual, или же Евросоюз подкорректирует свою линию? И если да, то в какую сторону?

— Во-первых, мы все пережили печальные и трагические уроки, и, я надеюсь, что мы все сделаем выводы из этого. Во-вторых, Евросоюз всегда выступал и выступает за близкие и, я бы сказал, интеграционные отношения с Россией. Но заинтересована ли Россия в этих отношениях, которые строились бы на принципах верховенства закона, соблюдении международных принципов в отношениях между соседями, уважении правил Всемирной Торговой Организации и уважении прав человека?

Фундамент общего европейского дома начал разрушаться еще до конфликта на Украине. Уже в 2012 году разногласия между нами по таким фундаментальным вопросам как отношение между государством и обществом, ролью, которую играет политическая оппозиция стали гораздо очевиднее. Кроме того, вопреки нашим ожиданиям, после вступления России в ВТО наша двусторонняя торговля не стала более либеральной.

И третий фактор – действия России по отношению к своему самому близкому соседу – Украине. Мы были вынуждены реагировать, но не прибегая к помощи «вежливых людей», а используя политические и дипломатические методы.

Мы должны признать, что ЕС и Россия остаются взаимосвязанными партнерами. 75% иностранных инвестиций в Россию приходятся на страны Евросоюза, в прошлом году доля Европейского Союза в общем объеме российской торговли составила 48%. Очевидно, что мы - исключительный партнер для России.

— На какой основе могут строиться новые отношения, если и в Москве, и в евроструктурах все более громко говорят о ценностном разрыве между Россией и Европой?

— Мы верили, и российское руководство помогло нам поверить, что Россия разделяет основные европейские ценности. К сожалению, в какой-то момент, в частности, после событий на Болотной площади, ценностный разрыв заявил о себе. И это не могло не наложить отпечатка на наши отношения. С другой стороны, мы тоже прагматики, и понимаем, что не нам определять, на базе каких ценностей развиваться России. Но есть ситуации, когда мы не можем молчать, не можем не принимать какие-то меры.

Конечно, очень больно смотреть, как меняются и ориентиры, и траектория, и скорость движения России. По траектории и по скорости движения Россия и ЕС сейчас как Марс и Венера. Обычному европейцу трудно понять, почему незаконная аннексия Крыма вызвала такую эйфорию в российском обществе.

Я читаю российские газеты, смотрю телевизор и вижу, как некоторые ваши коллеги развлекаются теорией, будто все, что делается сейчас в отношении Украины, это для того, чтобы сменить российский политический режим. Это абсурд, чушь, но люди верят.

Разрыв в ценностях будет сказываться еще долгое время. Но, как я уже сказал, мы прагматики, мы стремимся жить в мире и спокойствии как с Россией, так и с нашими общими соседями. ЕС и России необходимо сотрудничать по международным вопросам – Ирану, Сирии, Ближнему Востоку, Афганистану. И Москва, и Брюссель, и все страны-члены Европейского Союза будут искать новую парадигму для наших отношений, у которых, к сожалению, не будет того общего, что существовало до всех этих трагических событий.

— Россия на минувшей неделе продлила действие своих контрсанкций до августа 2016 года. Каковы потери европейских стран от санкций и контрсанкций? Есть ли расчеты, кто больше потерял от этого США и страны ЕС и какие конкретно?

— Российские санкции в отношении сельскохозяйственных продуктов из Евросоюза бьют, прежде всего, по интересам российского потребителя, потому что уменьшается выбор, снижается качество, повышаются цены. Безусловно, эти санкции негативно влияют на товарооборот между ЕС и Россией. Но санкции в отношении ЕС помогли нашим производителям расширить географию экспорта в другие страны. В прошлом году общий объем экспорта сельскохозяйственных продуктов из ЕС в страны мира увеличился на 5%. На 15% вырос экспорт в США, в Китай – на 25%, в Южную Корею – на 32%. Так, например, мои литовские друзья, у которых были сложившиеся отношения с российскими импортерами и торговыми сетями, переживали поначалу и были вынуждены искать другие рынки, а сейчас торгуют с Китаем и Южной Кореей.

— Тем не менее, в Евросоюзе есть страны, которые пострадали больше других от введения запретительных мер и поэтому выступают за смягчение или отмену этого режима санкций-контрсанкций…

— Красота и сила Европейского Союза как в разнообразии мнений, так и в разнообразии культур, традиций, в том числе и политических культур. К сожалению, иногда российские политики стараются вбить клин между странами-членами Европейского Союза. При обсуждении вопросов высказываются разные мнения, но, в конце концов, мы все же приходим к единому мнению. И те санкции, которые были приняты раньше и были продлены - это согласованная позиция 28 стран-членов Европейского Союза.

— Евросоюз не пугает разворот России в сторону Китая? Что для Евросоюза представляет большую проблему - Россия сама по себе или Россия в качестве стратегического партнера Китая?

— России выбирать, с кем и каким образом интегрироваться, с кем и как выстраивать отношения. Евросоюз заинтересован в том, чтобы вернуться к стратегическими партнерским отношениям с Россией. Но опять же возникает вопрос - по каким правилам строить эти отношения? Например, с тем же самым Китаем, с США, с Японией и с Индией мы строим отношения на уважении правил ВТО, на соблюдении территориальной целостности наших стран и наших соседей.

Хотел бы отметить, что Китай для нас - действительно стратегический партнер, учитывая, что товарооборот ЕС с Китаем в несколько раз больше, чем товарооборот между ЕС и Россией. Торговля между Россией и Китаем в прошлом году составила всего около 80 миллиардов евро. Товарооборот  между ЕС и Китаем составил почти 500 миллиардов. Если объем торговых операций с Россией у нас в прошлом году сократился на 15%, то с Китаем вырос на 9%.

Понятно, почему Россия уделяет больше внимание Китаю. На Петербургском экономическом форуме говорили, что Россия сейчас хочет наверстать упущенное время в отношениях с Китаем. Я думаю, что это естественный шаг. Но, с моей точки зрения, это не значит, что вы поворачиваетесь к Европе спиной. Россия – это Европа.

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

30.06.2015

Ударом на удар

И санкции, и контрсанкции бьют прежде всего по населению нашей страны

30.06.2015

Чудеса импортозамещения

Как на российские прилавки попали рыба «из океана» и осьминоги из Белоруссии

30.06.2015

«Это очень хорошо»

Как прокомментировали продление западных санкций Владимир Путин и другие российские политики

30.06.2015

Санкции и контрсанкции

Хроника введения санкций и контрсанкций в справке «Профиля»

КОНТЕКСТ

18.11.2016

Обама договорился с лидерами стран ЕС о продлении санкций против России

Обама договорился с лидерами стран ЕС о продлении санкций против России

26.10.2016

СМИ: США исчерпали возможности для антироссийских санкций

СМИ: США исчерпали возможности для антироссийских санкций

20.10.2016

ЕС задумался о введении санкций против России из-за Сирии

ЕС задумался о введении санкций против России из-за Сирии

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ