logo
26.02.2018 |

Лишь бы не было войны

Сеул и Пхеньян создают видимость потепления отношений, чтобы не допустить удара США по КНДР

На встрече в Сеуле сестра и советник лидера КНДР Ким Е Чжон официально пригласила президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина (слева) на саммит в Пхеньян Фото: YONHAP⁄AFP

Еще в конце прошлого года ситуация на Корейском полуострове выглядела пугающе: Вашингтон и Пхеньян обменивались угрозами и оскорблениями, а журналисты всерьез писали о грядущей войне. Однако в начале января все переменилось волшебным образом, и на смену угрозам пришли улыбки и рукопожатия – правда, обмениваться ими представители КНДР стали не с американцами, а с южнокорейцами.

Впервые в истории два корейских государства выставили общую олимпийскую команду, а прилетевшая на соревнования в Пхенчхан сестра Ким Чен Ына пригласила южнокорейского президента Мун Чжэ Ина посетить Пхеньян. Это дало повод мировым СМИ радостно объявить о межкорейском примирении.

Увы, реальных оснований для оптимизма пока маловато: дипломатические маневры последних недель не могут решить проблемы, приведшие к нынешнему кризису, и, скорее всего, оттепель продлится недолго.

Резкое обострение ситуации на Корейском полуострове, которым был отмечен 2017 год, вызвали две причины – успехи северокорейских инженеров, вышедших на финишную прямую в создании межконтинентальных баллистических ракет (МБР), и избрание Дональда Трампа президентом США.

Руководство КНДР всегда считало, что разработка собственного ядерного оружия – единственный способ гарантировать безопасность и страны, и режима. С таким выводом трудно не согласиться – достаточно вспомнить печальную судьбу Муаммара Каддафи, в 2003 году согласившегося свернуть свою ядерную программу, и Саддама Хусейна, конец ядерной программе которого в 1981‑м положил рейд израильской авиации.

Первый северокорейский ядерный заряд был испытан в 2006‑м, но после прихода к власти в 2011 году Ким Чен Ына работа над ядерным проектом ускорилась, и в сентябре прошлого года в КНДР был впервые испытан термоядерный заряд. Одновременно северокорейские инженеры активно работали над созданием МБР, способных поражать континентальную территорию США. В 2017‑м эти усилия увенчались успехом. В итоге КНДР то ли уже стала, то ли вот-вот станет третьей, после России и Китая, страной, теоретически способной стереть с лица земли Вашингтон или Сан-Франциско.

Подобный поворот событий вызвал бы беспокойство у любой американской администрации, однако в условиях, когда в президентском кресле сидит Трамп, позиционирующий себя сторонником жестких решений, реакция на новую угрозу оказалась особенно резкой.

Начиная с весны прошлого года американские официальные лица заявляют, что ядерная программа КНДР должна быть остановлена любой ценой, в том числе, если понадобиться, и силовым путем. Если верить слухам, поступающим из Белого дома, планирование такой атаки идет уже несколько месяцев.

Правда, значительная часть американского госаппарата – и военные, и дипломаты – выступает против применения военной силы. Северная Корея способна нанести ответный удар, а это может привести к началу большой войны в Восточной Азии. Не ясно, впрочем, насколько Трамп прислушивается к таким возражениям.

Все это вызывает немалое беспокойство в Пхеньяне. Хотя пропагандистская риторика по-прежнему бесстрашна, руководство КНДР отлично понимает, что большую войну оно проиграет. Даже если конфликт будет носить ограниченный характер и окончится вничью, потери Северной Кореи будут огромны и, что особенно важно, среди погибших могут оказаться многие члены правящей элиты.

Это, конечно, не означает, что Пхеньян собирается отказываться от ядерной и ракетной программ, поскольку местный истеблишмент справедливо полагает: принципиальные уступки по ядерному вопросу станут для него началом конца. Однако в условиях, когда ставки оказались сильно взвинченны, северокорейское руководство решило нажать на тормоза.

В конце ноября в КНДР было объявлено, что страна «полностью завершила» создание ядерных сил сдерживания. Это заявление, бессчетное количество раз повторенное официальной прессой, должно обосновать мораторий на испытания ракет и ядерных зарядов. Испытания эти в последние месяцы действительно не проводятся: формально – потому что в них более нет необходимости, а фактически – чтобы лишний раз не раздражать США. Дальше больше: в новогодней речи Ким Чен Ын заявил о готовности отправить на Олимпиаду в Пхенчхане северокорейскую команду – шаг, вообще-то беспрецедентный.

Это заявление обрадовало Сеул, где воинственные планы американцев вызывают не меньшую озабоченность, чем в КНДР.

Для южан северокорейская ядерная программа является серьезной угрозой, но угроза эта, во‑первых, потенциальная, а во‑вторых, отдаленная. А вот намерение Трампа атаковать КНДР в Сеуле воспринимают как угрозу прямую и непосредственную. Оно и понятно – в случае конфликта на полуострове его жертвами станут корейцы, как северные, так и южные.

Поэтому в Сеуле охотно пошли на контакты с Пхеньяном, с которым сейчас южане оказались в определенном смысле по одну сторону баррикад, – оба корейских государства заинтересованы в том, чтобы не допустить силовой акции США.

Впрочем, свобода действий президента Мун Чжэ Ина ограниченна, поскольку идти на открытый конфликт с Вашингтоном он не хочет, да и не может. В Корее уверены, что альтернативы союзу с США просто нет, так как американцы защищают их и от ядерной КНДР, и от Китая, отношения с которым довольно сложные. Кроме того, в Сеуле опасаются, что излишняя мягкость в отношении Пхеньяна приведет к тому, что Трамп исполнит давнюю угрозу и пересмотрит соглашение о свободной торговле между США и Южной Кореей. Соглашение это очень выгодно Сеулу, и его пересмотр приведет к ощутимым проблемам для экономики страны.

В середине прошлого года, во время первой личной встречи, Мун Чжэ Ин и Трамп договорились о том, что Сеул волен налаживать отношения с Пхеньяном в гуманитарной сфере, но не должен вступать с КНДР в экономические контакты, так как они нарушат режим международных санкций, на который в США возлагают большие надежды. Впрочем, определенных уступок от американцев южнокорейским дипломатам удалось добиться: в частности, были отсрочены совместные американо-южнокорейские военные учения, обычно проводящиеся в начале весны. Учения, как заявлено, начнутся только после завершения Олимпийских и Паралимпийских игр.

Тем временем приехавшая вместе с северокорейской олимпийской сборной в Сеул Ким Е Чжон, сестра и близкий советник Ким Чен Ына, официально пригласила президента Мун Чжэ Ина в Пхеньян. Приглашение было принято, и, похоже, очередной межкорейский саммит состоится в ближайшие недели.

И в Сеуле, и в Пхеньяне рассчитывают, что эта встреча создаст впечатление: Север и Юг наконец-то сели за стол переговоров. А это, в свою очередь, добавит аргументов тем, кто выступает против решения северокорейской проблемы силовым образом. Кроме того, в КНДР надеются вбить клин между Сеулом и Вашингтоном, создав видимость потепления в отношениях с южанами. Прямой и открытый диалог Мун Чжэ Ина и Ким Чен Ына, без сомнения, вызовет раздражение у Трампа, а это именно то, что нужно Пхеньяну. Южнокорейский лидер и его окружение, как уже говорилось, ссориться с США не хотят, но готовы пойти на некоторые осложнения, поскольку опасения по поводу возможного военного конфликта перевешивают все иные соображения.

Как бы то ни было, но реально прорывной встреча лидеров двух Корей стать не может. В силу перечисленных выше причин КНДР не намерена отказываться от своей ракетно-ядерной программы (фактически даже обсуждать ее с южанами северокорейцы не готовы). А раз так, то переговоры лишь помогут выиграть время и снизят на ближайшие месяцы риск начала войны на полуострове и, возможно, несколько увеличат вероятность переговоров между США и КНДР. Однако, что бы ни говорили мировые СМИ, ни о каком «дипломатическом прорыве» в связи с саммитом речи не идет и идти не может. Разрешить проблемы, которые создали на Корейском полуострове угрозу войны, могут только действия Пхеньяна и Вашингтона.

КОНТЕКСТ

26.05.2018

Саммит, которого не было

Почему, несмотря на уступки и примирительные заявления КНДР, встреча Ким Чен Ына и Дональда Трампа так и не состоялась

07.04.2018

Важнейшее из искусств на службе чучхе

Как менялись взгляды правящей в КНДР династии Кимов на роль и задачи кинематографа

25.03.2018

Опасная работа

Мало кому из президентов Южной Кореи удалось без проблем уйти на покой. Тюрьма, убийство или самоубийство – обычный финал их карьеры

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас