logo
04.07.2017 |

Нефтяной бунт

Американские энергетические гиганты выступили против введения новых антироссийских санкций

Фото: shutterstock

Лоббисты, представляющие интересы ExxonMobil и Chevron, пытаются затруднить принятие Конгрессом США нового закона о расширении санкций против Москвы. Они настаивают, что дополнительные ограничения ударят по всему американскому бизнесу. Ситуация неоднозначна, указывают эксперты: Белый дом заинтересован в экспорте углеводородов, но неизвестно, насколько он готов сотрудничать в этой сфере с Россией.

О недовольстве нефтяных гигантов пишет The Wall Street Journal, которая приводит слова представителя ExxonMobil Алана Джефферса. Он рассказал, что у компании нет четкой позиции непосредственно по антироссийским санкциям и тому, какими они должны быть, однако в нынешнем виде они могут «подорвать позиции американского бизнеса» и дать преимущества иностранным конкурентам.

И Exxon, и Chevron, и некоторые другие американские нефтяные компании надеются сохранить деловые связи с Москвой. Их позицию разделяют банкиры и промышленники (такие как, в частности, General Electric). Исполнительный директор Американского института нефти Джек Джерард рассказал газете, что ужесточение санкций может сыграть на руку еще и самой России.

Примерно к такому же выводу та же The Wall Street Journal пришла в начале мая, когда писала, что санкции, впервые введенные в 2014 году, не нанесли ущерба российской нефтяной отрасли. Более того, в 2016 году добыча нефти в нашей стране достигла рекордных показателей — 11 миллионов баррелей в сутки, хоть и замедлилась затем из-за участия Москвы в соглашении ОПЕК+. При этом ограничения не справились со своей главной задачей — затруднить российским нефтяникам доступ к новым технологиям. На деле же они просто стали получать их из других источников — в основном, от европейских партнеров, которым удается сохранять свои проекты в обход санкций.

Так, итальянская Eni готовится вместе с «Роснефтью» разрабатывать месторождения в Черном (изначально это должна была делать Chevron) и Баренцевом морях, похожие планы есть у норвежской Statoil, а австрийская OMV сотрудничает с российской компанией на одном из месторождений Венесуэлы. Британская BP и вовсе сумела сохранить за собой почти 20% акций «Роснефти», которыми та в свое время расплатилась за британскую долю в ТНК-BP. «Санкции носят очень конкретный характер и касаются работы в Арктике, которая, очевидно, затянется, а также нетрадиционных ресурсов нефти. Но, в то же время, есть много обычных проектов, в том числе и новых, которые не попадают под санкции», — говорил еще два года назад CEO BP Роберт Дадли.

Американские же компании, напротив, вынуждены были массово свернуть свои проекты в России: одна только ExxonMobil заморозила девять из десяти. Администрация Барака Обамы дала отсрочку только для месторождения в Карском море и лишь по экологическим причинам — быстрое замораживание добычи там грозило обернуться катастрофой для окружающей среды. Не помогло компании даже то, что ее бывший многолетний руководитель Рекс Тиллерсон занимает пост госсекретаря в кабинете Дональда Трампа, хотя специалисты были уверены, что он попытается всячески лоббировать ее интересы (на деле же он пообещал целых два года не участвовать в принятии решений, связанных с Exxon).

Еще в 2015 году, во время правления Тиллерсона, крупнейшая нефтяная компания США обратилась в Минфин с просьбой позволить ей в качестве исключения разрабатывать совместное с «Роснефтью» месторождение в Черном море. Тогда Белый дом ответил отказом, но после прихода Трампа запрос был повторен и на этот раз разгневал влиятельных конгрессменов. Республиканцы Марко Рубио, Линдси Грэм, Джон Маккейн, демократы Элиот Энджел и Боб Менендес в один голос твердили о том, что послабления отвечают интересам ExxonMobil, но не Америки. «Владимир Путин не предпринял никаких шагов, чтобы заслужить снятия каких либо санкций», — говорил Менендес. «Они с ума сошли?» — вопрошал бывший соперник Обамы на президентских выборах Маккейн.

Между тем, срок договоренностей между ExxonMobil и «Роснефтью» истекает. По условиям контракта, американцы должны начать бурение скважины до конца года. Лицензию на разработку они получат, только если обнаружат достаточные запасы. Поэтому теперь компания, заручившись поддержкой Chevron, решила действовать активнее и лоббировать свои интересы в Конгрессе, который только на прошлой неделе доработал законопроект о новых санкциях против России. Впервые он одобрен Сенатом 14 июня, когда за него проголосовали 97 человек (против только двое).

Документ изначально направлен против Ирана — он вводит санкции в отношении всех, кто участвует в разработке баллистических ракет и других видов оружия массового поражения, а также в отношении иностранцев, поставляющих Тегерану вооружения. В дальнейшем в него были добавлены пункты, касающиеся России. Так, американским компаниям и гражданам запрещается предоставлять финансирование российским банкам дольше, чем на 14 дней (до этого было 90 дней). Клиентам компаний из РФ запрещается пользоваться предоплатой — она может рассматриваться как скрытый кредит. Кроме того, ограничения распространяются на новые сектора российской экономики, среди которых и энергетика: усиливается запрет на передачу любых технологий для разведки и добычи. Так Вашингтон отреагировал на возможное вмешательство Москвы в прошлогодние выборы, которое сейчас расследуется Конгрессом и спецслужбами.

Против законопроекта высказывались европейские страны. Германия и Австрия остались недовольны тем, что в тексте документа упоминается строящийся газопровод «Северный поток-2». В случае принятия США получат право вводить санкции против инвесторов, вложивших более миллиона долларов в строительство экспортных трубопроводов или закупку оборудования для них. Кроме того, в законопроекте есть отдельный параграф про «Северный поток-2»: Вашингтон намерен препятствовать его строительству «из-за губительных последствий для для энергетической безопасности ЕС, развития газового рынка в Центральной и Восточной Европе и энергетических реформ на Украине». Берлин и Вена, напротив, увидели в этом угрозу для европейских компаний, участвующих в строительстве газопровода. На данный момент пять из них суммарно инвестировали в проект десять миллиардов евро. «Энергообеспечение Европы — это вопрос Европы, а не США», — говорилось в совместном заявлении министра иностранных дел Германии Зигмара Габриэля и канцлера Австрии Кристиана Керна.

Против нового закона выступил и Дональд Трамп. По данным The Washington Post, президенту не понравилось, что он не сможет при желании самостоятельно отменить санкции — для этого необходимо будет получить разрешение законодателей (позицию Трампа разделяет и Тиллерсон). Пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер заявил, что «законопроекта фактически нет» из-за допущенных процедурных нарушений при голосовании.

Позднее стало известно, в чем именно заключаются нарушения: документ затрагивает федеральный бюджет, а значит сначала должен рассматриваться Палатой представителей — этот порядок прописан в Конституции США. На деле же инициатива сразу принята в Сенате. Республиканцы из Палаты представителей указали на этот нюанс и фактически заблокировали принятие закона. Впрочем, это не помешало Минфину 20 июня объявить о расширении санкций — под них попали 38 российских компаний и физических лиц, в том числе частная военная компания «Вагнер», структуры бизнесмена Иосифа Пригожина и ИФД «Капиталъ» Леонида Федуна. Правда, на этот раз в обосновании говорилось не о вмешательстве Кремля в выборы, а о российском присутствии на Украине и в Крыму.

30 июня стало известно, что Сенат доработал скандальный законопроект и готов направить его в Палату представителей. Однако нефтяные компании во главе с ExxonMobil и Chevron не теряют надежды воспользоваться пробуксовками и пролоббировать его отклонение или хотя бы смягчение. Их представители подготовили для Конгресса специальный обзор, в котором предлагают целый ряд исключений для нефтяной отрасли. Компании надеются, что им разрешат участвовать в одних проектах с российскими партнерами по всему миру и не обяжут раскрывать информацию, относящуюся к коммерческой тайне.

Заместитель гендиректора Института национальной энергетики Александр Фролов считает ситуацию неоднозначной. «С одной стороны, влияние нефтяных компаний не так сильно, как об этом принято думать. Об этом говорит и тот факт, что до прихода Трампа они не сильно сопротивлялись принятию санкций, понимая перспективы такого сопротивления. Да и всевозможные природоохранные инициативы они выполняли усердно, — отметил он в разговоре с «Профилем». — С другой, Трамп не зря объявил о желании доминировать на мировом энергетическом рынке. Так что тут может кое-то и получиться у ExxonMobil с Chevron».

На прошлой неделе, выступая на объявленной им же самим Неделе энергетики, президент США объявил о начале «золотой эры американской энергетики». По его словам, страна вскоре будет экспортировать углеводороды по всему миру и уже получает заявки от азиатских, европейских стран и Украины. «Есть много мест в мире, где нужны наши ресурсы, и мы готовы продавать их по всему миру», — заявил Трамп.

«Но и тут все не так просто, — отмечает Фролов. — Да, у нефтяных компаний много замороженных проектов в России, которую можно справедливо назвать одним из самых привлекательных энергетических регионов. Но Трамп не зря говорил о поставках в другие страны. Непонятно, насколько он заинтересован в том, чтобы помогать российской энергетике».

КОНТЕКСТ

02.07.2018

Закат «прекрасной нефтяной эпохи»

Ставка на дорогие углеводороды в отечественной экономике больше не работает. Других ставок пока не сделано

17.06.2018

Оружие из черного золота

В 1973 году Западу предъявили ультиматум, на который он не нашел ответа

17.06.2018

Всероссийская горючая смесь

Цены на бензин не могут обуздать ни правительство, ни нефтяники

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас