04.07.2017 | Алексей Афонский

Нефтяной бунт

Американские энергетические гиганты выступили против введения новых антироссийских санкций

Фото: shutterstock

Лоббисты, представляющие интересы ExxonMobil и Chevron, пытаются затруднить принятие Конгрессом США нового закона о расширении санкций против Москвы. Они настаивают, что дополнительные ограничения ударят по всему американскому бизнесу. Ситуация неоднозначна, указывают эксперты: Белый дом заинтересован в экспорте углеводородов, но неизвестно, насколько он готов сотрудничать в этой сфере с Россией.

О недовольстве нефтяных гигантов пишет The Wall Street Journal, которая приводит слова представителя ExxonMobil Алана Джефферса. Он рассказал, что у компании нет четкой позиции непосредственно по антироссийским санкциям и тому, какими они должны быть, однако в нынешнем виде они могут «подорвать позиции американского бизнеса» и дать преимущества иностранным конкурентам.

И Exxon, и Chevron, и некоторые другие американские нефтяные компании надеются сохранить деловые связи с Москвой. Их позицию разделяют банкиры и промышленники (такие как, в частности, General Electric). Исполнительный директор Американского института нефти Джек Джерард рассказал газете, что ужесточение санкций может сыграть на руку еще и самой России.

Примерно к такому же выводу та же The Wall Street Journal пришла в начале мая, когда писала, что санкции, впервые введенные в 2014 году, не нанесли ущерба российской нефтяной отрасли. Более того, в 2016 году добыча нефти в нашей стране достигла рекордных показателей — 11 миллионов баррелей в сутки, хоть и замедлилась затем из-за участия Москвы в соглашении ОПЕК+. При этом ограничения не справились со своей главной задачей — затруднить российским нефтяникам доступ к новым технологиям. На деле же они просто стали получать их из других источников — в основном, от европейских партнеров, которым удается сохранять свои проекты в обход санкций.

Так, итальянская Eni готовится вместе с «Роснефтью» разрабатывать месторождения в Черном (изначально это должна была делать Chevron) и Баренцевом морях, похожие планы есть у норвежской Statoil, а австрийская OMV сотрудничает с российской компанией на одном из месторождений Венесуэлы. Британская BP и вовсе сумела сохранить за собой почти 20% акций «Роснефти», которыми та в свое время расплатилась за британскую долю в ТНК-BP. «Санкции носят очень конкретный характер и касаются работы в Арктике, которая, очевидно, затянется, а также нетрадиционных ресурсов нефти. Но, в то же время, есть много обычных проектов, в том числе и новых, которые не попадают под санкции», — говорил еще два года назад CEO BP Роберт Дадли.

Американские же компании, напротив, вынуждены были массово свернуть свои проекты в России: одна только ExxonMobil заморозила девять из десяти. Администрация Барака Обамы дала отсрочку только для месторождения в Карском море и лишь по экологическим причинам — быстрое замораживание добычи там грозило обернуться катастрофой для окружающей среды. Не помогло компании даже то, что ее бывший многолетний руководитель Рекс Тиллерсон занимает пост госсекретаря в кабинете Дональда Трампа, хотя специалисты были уверены, что он попытается всячески лоббировать ее интересы (на деле же он пообещал целых два года не участвовать в принятии решений, связанных с Exxon).

Еще в 2015 году, во время правления Тиллерсона, крупнейшая нефтяная компания США обратилась в Минфин с просьбой позволить ей в качестве исключения разрабатывать совместное с «Роснефтью» месторождение в Черном море. Тогда Белый дом ответил отказом, но после прихода Трампа запрос был повторен и на этот раз разгневал влиятельных конгрессменов. Республиканцы Марко Рубио, Линдси Грэм, Джон Маккейн, демократы Элиот Энджел и Боб Менендес в один голос твердили о том, что послабления отвечают интересам ExxonMobil, но не Америки. «Владимир Путин не предпринял никаких шагов, чтобы заслужить снятия каких либо санкций», — говорил Менендес. «Они с ума сошли?» — вопрошал бывший соперник Обамы на президентских выборах Маккейн.

Между тем, срок договоренностей между ExxonMobil и «Роснефтью» истекает. По условиям контракта, американцы должны начать бурение скважины до конца года. Лицензию на разработку они получат, только если обнаружат достаточные запасы. Поэтому теперь компания, заручившись поддержкой Chevron, решила действовать активнее и лоббировать свои интересы в Конгрессе, который только на прошлой неделе доработал законопроект о новых санкциях против России. Впервые он одобрен Сенатом 14 июня, когда за него проголосовали 97 человек (против только двое).

Документ изначально направлен против Ирана — он вводит санкции в отношении всех, кто участвует в разработке баллистических ракет и других видов оружия массового поражения, а также в отношении иностранцев, поставляющих Тегерану вооружения. В дальнейшем в него были добавлены пункты, касающиеся России. Так, американским компаниям и гражданам запрещается предоставлять финансирование российским банкам дольше, чем на 14 дней (до этого было 90 дней). Клиентам компаний из РФ запрещается пользоваться предоплатой — она может рассматриваться как скрытый кредит. Кроме того, ограничения распространяются на новые сектора российской экономики, среди которых и энергетика: усиливается запрет на передачу любых технологий для разведки и добычи. Так Вашингтон отреагировал на возможное вмешательство Москвы в прошлогодние выборы, которое сейчас расследуется Конгрессом и спецслужбами.

Против законопроекта высказывались европейские страны. Германия и Австрия остались недовольны тем, что в тексте документа упоминается строящийся газопровод «Северный поток-2». В случае принятия США получат право вводить санкции против инвесторов, вложивших более миллиона долларов в строительство экспортных трубопроводов или закупку оборудования для них. Кроме того, в законопроекте есть отдельный параграф про «Северный поток-2»: Вашингтон намерен препятствовать его строительству «из-за губительных последствий для для энергетической безопасности ЕС, развития газового рынка в Центральной и Восточной Европе и энергетических реформ на Украине». Берлин и Вена, напротив, увидели в этом угрозу для европейских компаний, участвующих в строительстве газопровода. На данный момент пять из них суммарно инвестировали в проект десять миллиардов евро. «Энергообеспечение Европы — это вопрос Европы, а не США», — говорилось в совместном заявлении министра иностранных дел Германии Зигмара Габриэля и канцлера Австрии Кристиана Керна.

Против нового закона выступил и Дональд Трамп. По данным The Washington Post, президенту не понравилось, что он не сможет при желании самостоятельно отменить санкции — для этого необходимо будет получить разрешение законодателей (позицию Трампа разделяет и Тиллерсон). Пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер заявил, что «законопроекта фактически нет» из-за допущенных процедурных нарушений при голосовании.

Позднее стало известно, в чем именно заключаются нарушения: документ затрагивает федеральный бюджет, а значит сначала должен рассматриваться Палатой представителей — этот порядок прописан в Конституции США. На деле же инициатива сразу принята в Сенате. Республиканцы из Палаты представителей указали на этот нюанс и фактически заблокировали принятие закона. Впрочем, это не помешало Минфину 20 июня объявить о расширении санкций — под них попали 38 российских компаний и физических лиц, в том числе частная военная компания «Вагнер», структуры бизнесмена Иосифа Пригожина и ИФД «Капиталъ» Леонида Федуна. Правда, на этот раз в обосновании говорилось не о вмешательстве Кремля в выборы, а о российском присутствии на Украине и в Крыму.

30 июня стало известно, что Сенат доработал скандальный законопроект и готов направить его в Палату представителей. Однако нефтяные компании во главе с ExxonMobil и Chevron не теряют надежды воспользоваться пробуксовками и пролоббировать его отклонение или хотя бы смягчение. Их представители подготовили для Конгресса специальный обзор, в котором предлагают целый ряд исключений для нефтяной отрасли. Компании надеются, что им разрешат участвовать в одних проектах с российскими партнерами по всему миру и не обяжут раскрывать информацию, относящуюся к коммерческой тайне.

Заместитель гендиректора Института национальной энергетики Александр Фролов считает ситуацию неоднозначной. «С одной стороны, влияние нефтяных компаний не так сильно, как об этом принято думать. Об этом говорит и тот факт, что до прихода Трампа они не сильно сопротивлялись принятию санкций, понимая перспективы такого сопротивления. Да и всевозможные природоохранные инициативы они выполняли усердно, — отметил он в разговоре с «Профилем». — С другой, Трамп не зря объявил о желании доминировать на мировом энергетическом рынке. Так что тут может кое-то и получиться у ExxonMobil с Chevron».

На прошлой неделе, выступая на объявленной им же самим Неделе энергетики, президент США объявил о начале «золотой эры американской энергетики». По его словам, страна вскоре будет экспортировать углеводороды по всему миру и уже получает заявки от азиатских, европейских стран и Украины. «Есть много мест в мире, где нужны наши ресурсы, и мы готовы продавать их по всему миру», — заявил Трамп.

«Но и тут все не так просто, — отмечает Фролов. — Да, у нефтяных компаний много замороженных проектов в России, которую можно справедливо назвать одним из самых привлекательных энергетических регионов. Но Трамп не зря говорил о поставках в другие страны. Непонятно, насколько он заинтересован в том, чтобы помогать российской энергетике».

КОНТЕКСТ

18.09.2017

Гнев природный

Мощнейшие ураганы угрожают государствам Карибского бассейна и Сахалину

15.09.2017

Вызов принят

Глава «Лаборатории Касперского» Евгений Касперский выступит на слушаниях в Конгрессе США

15.09.2017

Жертва безупречного гостеприимства

Министр юстиции Монако Филипп Нармино подал в отставку из-за скандала с российским миллиардером Рыболовлевым

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ