17.04.2017 | Аркадий Кузнецов

«Разговор, увы, идет о степени виновности России»

Гендиректор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов о том, была ли нужна Асаду химическая атака, чем инцидент чреват для имиджа России и как он сказался на отношениях с США

Андрей Кортунов Фото: Владимир Трефилов⁄РИА Новости

– Если допустить, что в Идлибе химическое оружие применил Асад, встает вопрос: зачем ему делать это сейчас? Ведь ситуация если не повернулась в его пользу, то по крайней мере стабилизировалась и разговоры о его уходе в целом затихли. Применение же химического оружия привлекло бы внимание всего мира, что и произошло.

– Если исходить из этого допущения, то о логике можно только гадать. От западных коллег я слышал о двух основных версиях.

Первая заключается в том, что это было сделано сознательно для предотвращения российско-американского сближения, поскольку оно предполагает возобновление политического процесса в Женеве, разговоров о политическом транзите и, соответственно, возможность ухода Асада. Подобное сотрудничество предусматривает политический компромисс, отказ от войны до победного конца с соответствующими последствиями для сирийского режима.

Вторая версия сводится к тому, что химическое оружие мог применить не Асад, а кто-то из высших военных чинов Сирийской арабской армии, располагающий доступом к спрятанным единицам химического оружия, и что это мог быть случай элементарной коррупции. То есть кто-то из радикальных исламистов, скажем, из стран Персидского залива, мог просто заплатить, для того чтобы химическое оружие было использовано, и тем самым привлечь внимание мировой общественности и особенно США, настроив Трампа против Асада. Что и случилось.

– А могут ли в теории повстанцы наладить производство химического оружия? Это одна из российских версий – что взорвался склад с химическим оружием повстанцев.

– По мнению западных экспертов, это маловероятно, поскольку требует определенной инфраструктуры, которой, как они считают, повстанцы не располагают. Теоретически можно предположить, что возможности наладить производство химического оружия в кустарных условиях существуют, но на Западе это вызывает скепсис. Так же, как и то, что химическое оружие могло сдетонировать от удара авиабомбы, поскольку компоненты, смешение которых дает отравляющий эффект, обычно хранятся в разных местах. С точки зрения западных специалистов, эта версия тоже неубедительна.

– Могло ли остаться химическое оружие на неподконтрольных Дамаску территориях?

– Все возможно.  Я не уверен, что в 2013 году можно было прочесать территорию Сирии, чтобы констатировать, что химического оружия не осталось. К тому же его можно просто завезти в страну. Было бы желание.

– Дамаск сообщил, что коалиция разбомбила склад химического оружия повстанцев и было много жертв. Американцы опровергли сообщение, Россия заявила, что ей ничего неизвестно. Почему Дамаск решил продолжить тему? Провал сирийской пропаганды?

– Действительно, подтвердить этот факт невозможно. Если бы что-то подобное случилось, наши эксперты и журналисты могли бы это подтвердить. Но подтверждений нет. Сообщение Дамаска похоже на попытку контригры.

– Как будет проходить международное расследование инцидента в Идлибе, если, конечно, будет? Куда пустят инспекторов, что они могут найти и выяснить, учитывая, что время уходит?

– Действительно, можно вспомнить, что газовая атака 2013 года (в пригороде Дамаска) так до конца и не была раскрыта. До сих пор нет ответа на вопрос, кто тогда нанес удар химическим оружием. И чем больше будет затягиваться расследование атаки в Идлибе, тем сложнее будет установить истину. А то, что Россия заблокировала очередную резолюцию в Совете Безопасности ООН, в какой-то степени играет на руку тем, кто хотел бы эту истину скрыть.

В случае достижения договоренности о международном расследовании эксперты должны работать на месте. Я думаю, по косвенным признакам можно отличить взрыв химической боеголовки от сдетонировавшего на земле снаряда. Над Сирией летают только российские и сирийские самолеты. Очевидно, что использование химического оружия российскими ВКС можно исключить. Так что, если с какой-то степенью достоверности будет установлено, что это был удар с воздуха, станет понятно: виноваты силы Асада.

Если же будет установлено, что это наземный взрыв из-за детонации в складских помещениях, то можно говорить, что это дело рук оппозиции. По горячим следам выяснить истину возможно.

Еще надо иметь в виду специфику химических веществ. Какие-то из них могут быть воспроизведены кустарно, какие-то – нет. Здесь было бы много того, за что эксперты могли бы зацепиться.

– Существует ли в ЕС консенсус, что нужно дождаться расследования комиссии? СМИ писали, что именно поэтому Германия и другие страны не стали обсуждать с Борисом Джонсоном новые санкции против России в связи с атакой в Идлибе.

– Если посмотреть на медийное пространство в США и Европе, то есть консенсус, что виноват Асад. Споры идут о другом: знала ли Россия об этом, участвовала ли в подготовке использования химического оружия, в какой мере она должна разделить ответственность Асада? Разговор, скорее, идет о степени виновности России, чем о недоказанном факте применения химического оружия Дамаском. И это прискорбно. Тут можно согласиться с российской точкой зрения, что люди делают выводы, не имея достаточных оснований.

– Ситуация попросту будет затягиваться, серьезных подвижек или изменений в отношениях не будет?

– Помните, как было с малайзийским лайнером? До сих пор нет итогов расследования, но свою роль это событие сыграло, поскольку все приписали это поддерживаемым Россией сепаратистам. Это было спусковым крючком, после которого западные страны стали вводить серьезные санкции и качественно изменили свое отношение к этому конфликту. Сейчас уже можно сказать, что инцидент в Идлибе «разбудил» Трампа и мобилизовал G7, он уже сыграл свою роль. Даже если выяснится, что Дамаск химическое оружие не применял… Вы же помните, как в 2003 году Колин Пауэлл стоял с пробиркой на трибуне ООН. Интервенция в Ирак состоялась, потом выяснилось, что американцы ошиблись, но это уже ничего не изменило. Опасность заключается в том, что даже недоказанные гипотезы, становясь общепринятыми, фактически выступают суррогатом установленных фактов. И в данном случае, к сожалению, Россия этому подыгрывает. Мы заблокировали резолюцию СБ ООН. Если мы уверены в том, что это не сирийский режим, тогда почему бы не раскрыть всю информацию о полетах 4 апреля? Чем больше информации мы передадим, тем скорее оправдаемся. Но поскольку мы этого не делаем, а, напротив, блокируем резолюцию в СБ, получается, что мы тоже участвуем в этой игре.

– Как это отразится на российско-американских отношениях? Во время визита Тиллерсона обсуждали Сирию, и, кажется, большого прогресса по этому вопросу не было.

– Решить этот вопрос Тиллерсон и Лавров не могли. Но, во‑первых, они все-таки поговорили о Сирии, заявили о точках пересечения, общих интересах. В каком-то смысле Россия проявила хотя бы минимальную гибкость, сказав, что не сводит все к Асаду и вопросу сохранения его у власти. Для нас важнее стабильность. Этого же хочет Вашингтон.

Тиллерсон приехал с наказом от «Большой семерки» загнать Москву в угол, изолировать, поставить вопрос ребром: «С кем вы – с «Хезболлой» и Асадом, или вы с цивилизованным человечеством?» Вопрос так поставлен не был, и Россия свою позицию не изменила. Но тем не менее диалог был восстановлен, и появился даже некий оптимизм по поводу возможности его продолжения.

Я считаю, что в этом случае сработали профессионализм нашей дипломатии и осторожность Тиллерсона. Они не позволили свести вопрос Сирии к единственной теме, превратить разговор в монолог с элементами ультиматума. И это скорее хорошо, чем плохо, поскольку у нас много других тем для разговора с американцами.

КОНТЕКСТ

30.09.2017

Путин собирает друзей

Российский президент провел неделю за товарищескими встречами и отставками/назначениями губернаторов

25.09.2017

Конкуренция на финише

Чего добилась Россия за два года военной кампании в Сирии

21.08.2017

Зомби безопасности

Чем больше российские власти заботятся о безопасности России, тем сильнее другие страны ощущают исходящую от нее угрозу

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ