03.04.2017 | Алексей Баусин | Глеб Иванов

Принтер заговорил человечьим голосом

Депутаты Госдумы VII созыва уже полгода прилежно ходят на работу, борются со своими «популистскими инстинктами», троллят правительство и тщательно избегают политики

Фото: Павел Маркелов/«Профиль»

Сначала Госдума лишилась статуса «места для дискуссий», потом она переквалифицировалась в «бешеный принтер». Теперь российские законодатели заняты укреплением трудовой и исполнительской дисциплины. Но реальная политика уже стучится в двери.

На недавние массовые выступления, спровоцированные расследованием Фонда борьбы с коррупцией «Он вам не Димон», неожиданно откликнулась Дума, ранее не особо замеченная в проявлениях политической активности.

Первыми отметились коммунисты. Вначале депутат от КПРФ Валерий Рашкин направил в силовые ведомства запрос с просьбой проверить «возможную коррупционную деятельность» премьер-министра России Дмитрия Медведева. Затем коммунисты направили обращение к трем другим думским фракциям с предложением инициировать парламентское расследование по материалам расследования ФБК. Особого энтузиазма эта инициатива у других обитателей Охотного Ряда не вызвала. Коммунисты активизировались еще до воскресного марша. После того как протестная волна прокатилась по всей России, тему подхватила «Справедливая Россия».

«С моей точки зрения, молчание не всегда золото. И здесь, наверное, имеет смысл четко ответить не господину, который все это инициировал (у меня нет никаких сомнений, что все это делается в узкокорыстных политических целях, а не ради реальной борьбы с коррупцией), а тем миллионам граждан, у которых вопрос остается в голове, я считаю, что нужно отвечать», – заявил лидер партии Сергей Миронов журналистам, заметив, что осенью 2013 года на киевский майдан выходили украинцы, разгневанные коррупцией в верхах.

Воскресные акции разбудили и «Единую Россию». «Я думаю, что любовь к Алексею Навальному пройдет, по мере того как молодые люди будут прекращать смотреть порнофильмы и переключатся на построение серьезных отношений с нормальными девушками», – заявил интернет-изданию ЗакС.ру скандально известный депутат от партии власти Виталий Милонов.

Милонов прославился экстравагантными законодательными инициативами еще в эпоху своего депутатства в Заксобрании Санкт-Петербурга. Когда он стал депутатом Госдумы седьмого созыва, многие ожидали, что он продолжит бурную законотворческую деятельность. Но бывший первый замглавы президентской администрации Вячеслав Володин, командированный на пост парламентского спикера, за минувшие полгода сумел в известной степени превратить «бешеный принтер» в «оркестр», где все музыканты внимательно следят за дирижерской палочкой. Возвышение над коллегами нового спикера, видимо, можно объяснить не только многолетним опытом жесткого кураторства внутриполитической российской жизни, но и явными политическими амбициями Володина. Жесткий стиль спикера смогли прочувствовать на себе и депутаты.

Дума эпохи великого противостояния

«Проблемы глобальной экономики, беспрецедентное давление на нашу страну ряда зарубежных стран требуют консолидации и согласованности наших действий», – заявлял Володин, еще будучи кандидатом в спикеры, отмечая при этом необходимость многопартийности и умения вести диалог.

Усиление согласованности началось с укрепления дисциплины. Теперь уважительной причиной для отсутствия на рабочем месте для депутата может быть только болезнь, командировка за рубеж в составе официальной парламентской делегации или же служебная командировка по распоряжению председателя Госдумы и представлению руководителя фракции. Прогул наказывается штрафом в размере 1/6 депутатской зарплаты.

«Не хочется употреблять слово «дисциплина», поскольку работа депутата – это творческая работа, работа с избирателями, но что касается посещения заседаний, то сейчас всегда полный зал. Мало кто отсутствует по причине болезни. В глазах избирателей это скорее плюс, потому что парламент выглядит более работоспособным», – оправдывает новые думские порядки «Профилю» первый секретарь Тульского обкома КПРФ, депутат Госдумы III – VII созывов Олег Лебедев.

«Невозможно работать в храме законотворчества и требовать от исполнительной власти и граждан законопослушания, демонстрируя обратное», – соглашается с коллегой член президиума центрального совета партии «Справедливая Россия», депутат Госдумы VI и VII созывов Олег Нилов.

Впрочем, жесткая настройка бывшего «принтера» иногда вызывает у думцев и эмоциональную реакцию. В феврале этого года Вячеслав Володин попенял «эсерам» на то, что большая часть фракции отсутствовала на одном из вечерних заседаний, когда рассматривался законопроект их коллеги по партии. На что те напомнили о договоренности по пятницам завершать пленарные заседания к 18.00. А один из депутатов‑коммунистов заявил даже о бессмысленности «просиживания жопочасов».

Ужесточение коснулось не только посещений, но и самой сути депутатской работы – законотворчества. На пути депутатских инициатив возникает все больше фильтров. В думский регламент были внесены соответствующие поправки: теперь профильные комитеты имеют право возвращать авторам проекты, предусматривающие не согласованные с правительством бюджетные расходы. Видимо, для подавления у депутатов «популистских инстинктов». Кроме того, фракциям Госдумы екомендовано «предварительно рассматривать законодательные инициативы, подготавливаемые депутатами соответствующих фракций», а профильные комитеты должны регулярно отчитываться перед Советом Думы о своей законотворческой деятельности.

Как отметил в беседе с «Профилем» первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия», депутат Госдумы V–VII созывов Адальби Шхагошев, при разработке законопроектов депутаты ориентируются прежде всего на мнение избирателей. «Социальные законы, связанные со здравоохранением, образованием, почти всегда находят поддержку. А если это популистские законы, как было в прошлых Думах, и которые достались теперь нам, вроде запрета на высокие каблуки или запрета на употребление чеснока, то они поддержки не находят. Их приходится отклонять уже на начальных стадиях. Когда мы в комитетах обсуждаем законодательные инициативы, мы на первом этапе отсеиваем 50%», – говорит единоросс.

Столь же тщательно, по словам депутатов, нынешняя Дума пытается выстроить и работу с правительственными законопроектами. «Если Дума при Борисе Грызлове была не местом для дискуссий и ее авторитет окончательно упал в глазах избирателей, то при Сергее Нарышкине Дума пыталась немножко приподняться, но напоминала «взбесившийся принтер», поскольку законы принимались пачками, без обсуждений и практически без анализа. Приоритет отдавался всем законопроектам, внесенным от имени правительства и президента», – вспоминает зампред Госдумы, депутат от фракции ЛДПР III–VII созывов Игорь Лебедев. «Володин, идейно другой человек, нежели Грызлов и его предшественники, пытается поставить Госдуму на иной уровень в виде высшей законодательной власти в стране», – похвалил единоросса либерал-демократ. Помимо укрепления дисциплины изменилось отношение к законопроектам, внесенным от имени правительства. «Мы теперь не бежим впереди с криками «Правительство, давай, мы готовы все принять!», а обстоятельно подходим к каждому законопроекту. Да, Дума стала работать чуть медленнее, законов рассматривается чуть меньше, но я считаю, что от этого повышается их качество», – уверен Игорь Лебедев.

«Когда в Думах предыдущих созывов мы обсуждали законопроект, внесенный правительством или «Единой Россией», то в первом чтении мы принимали его фактически без обсуждений. Сейчас мы просто до потери пульса обсуждаем его со всех сторон, чтобы закон был максимально отточен», – соглашается Адальби Шхагошев.

Как отмечает депутат, в регламент были внесены изменения, чтобы к третьему чтению исполнительная власть могла проинформировать о состоянии подзаконных актов к принимаемому законопроекту. «Если их нет, то мы откладываем принятие законов и выясняем, на каком этапе находится разработка подзаконных актов. У нас было много таких законов, которые были приняты, но не были реализованы, потому что подзаконные акты не были готовы», – уточняет единоросс.

В Думе VII созыва депутаты от «Единой России» занимают 343 кресла из 450. Конституционное большинство мест позволяет партии власти принимать не только обычные, но и т. н. конституционные законы, например, о порядке введения чрезвычайного и военного положения, назначения референдумов и изменения статусов субъектов Федерации. «Думское большинство ориентировано на правительство, которое сформировано из их же однопартийцев, и поэтому если правительство пишет отрицательное заключение на оппозиционные законопроекты, то их не поддерживают», – говорит депутат-коммунист Лебедев. «Мои законы или законы моих коллег из оппозиционных партий могут простаивать в очереди на рассмотрение по три месяца. При этом если раньше коллеги из «Единой России» не боялись поддерживать законопроекты других фракций, то сейчас у меня нет уверенности, что они могут свободно проголосовать за принятие оппозиционных законов, – сетует «эсер» Нилов.

Фото: Фотослужба Государственной Думы
В отличие от предшественников, спикер Госдумы Вячеслав Володин не желает быть «первым среди равных» депутатов и явно мечтает повысить значимость своей должности. Но поднять авторитет «штамповочного цеха», в который давно превратился парламент, у него вряд ли получитсяФото: Фотослужба Государственной Думы

Горячая штамповка

Дума VI созыва отметилась принятием нескольких «драконовских» законов. Это и «закон Димы Яковлева», вводивший запрет американцам усыновлять российских сирот; и нашумевший закон, обязывающий НКО, которые занимаются политической деятельностью и финансируются из-за рубежа, регистрироваться в качестве «иностранных агентов»; и закон о митингах, ужесточивший правила их проведения.

За полгода своей работы Дума VII созыва пока столь же масштабными запретительными законами не отметилась, по сути, речь идет лишь о шлифовке уже существующего законодательства. Например, недавно был принят закон, запрещающий иностранным или международным НКО, чья деятельность в России признана нежелательной, создавать в стране юридические лица. Впрочем, сам Вячеслав Володин неоднократно говорил о том, что главная задача депутатов – это принятие законов в рамках реализации президентского послания.

Половина депутатов Думы седьмого созыва избиралась по одномандатным округам (что, как предполагается, делает их более восприимчивыми к «сигналам с мест»). Но утверждать, что это кардинально изменило стиль работы новой Думы, было бы преувеличением.

«Если бы одномандатники, входящие в состав фракции ЕР, голосовали так, как они обещали своим избирателям, то, поверьте, голосование по многим законопроектам этого созыва было бы совсем другим. Но они безмолвно и безропотно продолжают нажимать кнопки под диктовку фракционных дирижеров», – говорит Игорь Лебедев.

«Если бы Дума была оппозиционным органом, разрабатывала бы при этом какие-то программы для правительства и администрации президента, то с ней бы пришлось считаться, – полагает ведущий научный специалист Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН) РАН Юрий Коргунюк. – Вячеславу Володину удалось повысить вес поста председателя парламента в глазах властей, а что касается авторитета самой Госдумы, то это уже выходит за рамки его полномочий. Если это «штамповочный цех», то как повысить его авторитет?»

Кортик – это не оружие

На минувшей неделе президент поставил подпись под законопроектом, устанавливающим правила хранения офицерами-отставниками кортиков как особого знака отличия. «Закона о сохранении кортиков ждали тысячи ветеранов», – цитировала вице-спикера Ирину Яровую, одного из авторов законопроекта, ее пресс-служба. На рассмотрении думского комитета по охране здоровья сейчас лежит внесенный сенатором Антоном Беляковым законопроект о запрете в России практики суррогатного материнства.

Нельзя, правда, утверждать, что думцы совсем уж избегали политических сюжетов. Только оборачивалось все это скандалами. В январе этого года вице-спикер Петр Толстой («Единая Россия»), комментируя дискуссию вокруг передачи Исаакиевского собора РПЦ, заявил, что «люди, являющиеся внуками и правнуками тех, кто рушил наши храмы, выскочив из-за черты оседлости с наганом в 17‑м году, сегодня, работая в разных других очень уважаемых местах – на радиостанциях, в законодательных собраниях – продолжают дело своих дедушек и прадедушек».

Возможно, после того как Владимир Путин сформулировал свое отношение к акции 26 марта, сравнив ее с «арабской весной» и «евромайданом», депутаты в массе своей тоже решатся донести до избирателей свое виденье текущего политического момента.

«В Госдуме VI созыва мы боролись против закона о митингах, четыре депутата отказались поддерживать решение по Крыму. Тогда в Думе шли политические дискуссии. Сейчас там – политическая тишина и покой, – говорит экс-депутат Дмитрий Гудков. – Люди вышли 26 марта на улицу не из-за того, что Медведев был главным героем разоблачительного ролика. Они вышли против коррупции, против Путина, уничтожившего социальные лифты. Сегодня они поднимают наверх только детей прокуроров. Люди хотят как-то участвовать в политической жизни страны, а им этого не дают. Нет представителей в Думе, нет представителей в правительстве, нет возможности услышать политическую дискуссию в СМИ. Но политическая жизнь должна где-то существовать. Политика, и это очевидно, переходит из парламента на улицы».

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

КОНТЕКСТ

13.12.2017

Остановись, живое существо

Госдума приняла закон о штрафах для мессенджеров-нарушителей

01.12.2017

Око за зуб

Госдума закроет вход журналистам всех американских СМИ, Совфед эту инициативу поддерживает, а Кремль одобряет

22.11.2017

На страже скреп

Комитет Госдумы поддержал право парламентариев запрещать иностранцам въезд в Россию

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ