06.07.2016 | Сузанне Кёльбль | Перевод: Владимир Широков

«Я хочу закрыть границы»

Депутат парламента Нидерландов, правый популист, основатель «Партии свободы» Герт Вилдерс хочет оградить свою страну от «исламизации» при помощи «некзита»

Фото: Photoshot/Vostock Photo

– Сторонники брекзита, еще недавно упивавшиеся победой, сегодня мучаются похмельем. Во вторник на прошлой неделе вы пытались заставить нидерландский парламент тоже проголосовать за возможность выхода из ЕС. Неудивительно, что у вас ничего не вышло. Вы вообще понимаете, чего добиваетесь?

– Разумеется, и очень даже неплохо. Нестабильность, которая сейчас отмечается в Великобритании, имеет временную природу. В долгосрочной перспективе англичане только выиграют – как и мы в случае нашего выхода из ЕС.

– Нидерланды – один из крупнейших в мире экспортеров сельскохозяйственной продукции. Ваш важнейший рынок – Евросоюз. О каком выигрыше вы говорите?

– Мы наконец вернем себе свой национальный суверенитет, автономию в вопросах денежной политики и регулирования миграции, какой обладает Швейцария. Это мой любимый пример: страна в самом сердце Европы имеет двусторонние торговые соглашения даже с Китаем и с Японией. Великобритания, третий по важности торговый партнер Германии, тоже сумеет договориться с Евросоюзом.

– Швейцария, в отличие от Нидерландов, в первую очередь финансовая площадка. К тому же Швейцарии, как и Норвегии, тоже не являющейся членом Евросоюза, приходится предоставлять европейцам свободный доступ к своему рынку труда, чтобы сохранить право на свободную торговлю с ЕС.

– Не забывайте, почему англичане захотели выйти из ЕС! Политики, такие как премьер-министр Дэвид Кэмерон, утратили чувство реальности. Граждане видят, как на Грецию, на Турцию, на сделки с Эрдоганом или на претендентов на убежище расходуются миллиарды евро.

– Реальность в Великобритании такова, что у политиков там нет даже плана, как расхлебывать эту кашу. Многие граждане чувствуют себя обманутыми, поскольку поверили ложным цифрам и посулам.

– Я ни слова не говорил о будущем, я лишь сказал, что бы я сделал иначе в прошлом. Сторонники моей партии видят, как политическое руководство Европы позволяет претендентам на убежище и мигрантам ехать к нам и как оно спускает на них миллиарды. В Дубае полиция катается на Lamborghini, и вообще, страны этого региона не бедствуют. Пусть об этих людях заботятся Саудовская Аравия и государства Персидского залива. Они географически ближе, у них та же религия, тот же климат, та же культура. Я бы решал эту проблему так.

– Другие соседи Сирии уже приняли миллионы беженцев. Мы живем в глобализованном мире. Или вы думаете, что можете просто самоустраниться?

– Я, как и вы, считаю, что защитить этих людей необходимо. Но мы не можем принять их в большем количестве. Эти претенденты на убежище для меня – уже не беженцы, поскольку они прошли через территорию шести или семи безопасных стран. Согласно Дублинской конвенции, они должны оставаться в том безопасном государстве, которого достигли первым.

– В прошлом году Нидерланды приняли около 43 тысяч беженцев. Неужели это непосильная нагрузка на 17‑миллионный народ?

– Нравится вам это или нет, я хочу закрыть нидерландские границы. Мои избиратели не хотят дальнейшего увеличения числа претендентов на убежище. И я не должен стыдиться того, что их представляю. Я этим горжусь.

– Если дело действительно дойдет до выхода Нидерландов из Евросоюза, как вы собираетесь обслуживать государственный долг, если страна, как сейчас Великобритания, утратит наивысший кредитный рейтинг, что приведет к росту процентов?

– Но ведь проблема именно в Европейском Центробанке с его идиотской политикой нулевой процентной ставки. Тем самым банки «съедают» наши пенсии, а сама концепция отравляет нашу экономику. Мы хотим проводить свою собственную денежную политику.

Фото: Shutterstock
«Приток иммигрантов из незападных стран ежегодно обходится Нидерландам в 7,2 млрд евро, что намного дороже закрытия границ и визовых ограничений»Фото: Shutterstock

– Ни одна страна не может проводить свою денежную политику в отрыве от глобального рынка.

– Швейцарцам это удается, норвежцам – тоже. Чем мы хуже? А на кого нам держать равнение в экономическом плане, на немцев или на какую-то другую страну, будет видно. Я, в отличие от «брекзитеров», не отрицаю, что нам нужно разрешить иммиграцию, капиталовложения и работу в сфере услуг. Кроме того, для меня выходцы из Словакии и Литвы вообще не представляют проблемы. Проблема для меня – это иммиграция из исламских стран. Евросоюз не позволяет нам самостоятельно решать вопросы, касающиеся законов об иммиграции и предоставления убежища. Поэтому выход из ЕС – это необходимость.

– В какой валюте вы собираетесь платить, когда выйдете из еврозоны? Может, в иенах?

– Вы на все смотрите слишком негативно. Мы можем снова ввести гульдены, что в первые два года будет означать дополнительные затраты, но начиная с третьего обеспечит нам преимущества. Об этом свидетельствует одно из исследований, проводившихся серьезными экономическими институтами. Тем не менее мы также сможем идти в фарватере евро. Возможностей много.

– Шлагбаумы на нидерландских границах снова будут опущены?

– Хотите цифры из другого исследования, которое проводилось одним голландским университетом задолго до кризиса с беженцами? В нем говорится, что приток иммигрантов из незападных стран ежегодно обходится Нидерландам в 7,2 млрд евро, что намного дороже закрытия границ и визовых ограничений.

– Вы не хотите закрывать порт в Роттердаме, крупнейший в Европе, и вместе с тем предлагаете «разворачивать» людей, которые вам не нравятся, даже при наличии действующей визы другого европейского государства?

– Я ничего не имею против канадцев или австралийцев. Но мы сможем решать, кого впускать в страну, а кого считать нелегалами. Например, нам не придется мириться с португальцами в Нидерландах, если португальцы не прекратят выдавать беженцам из Сомали визы для всей Шенгенской зоны.

– Что произойдет с теми почти 850 тысячами мусульман, которые уже живут в Нидерландах?

– Их у нас уже миллион! Пока они соблюдают законы и уважают конституцию Нидерландов, бояться им нечего. Они могут оставаться, они пользуются равными правами и имеют возможность построить фантастическую жизнь в Голландии. Но если у кого-то двойное гражданство и он совершает преступление, надо отбирать у него нидерландский паспорт и отправлять его в соответствующую страну, даже если он родился в Нидерландах. В частности, если мы подадим такой сигнал на примере марокканцев, эффект будет колоссальным. 80% из тех, кто с нидерландским паспортом отправляется в Сирию «на джихад», – это на самом деле марокканцы.

– Чтобы выявлять экстремистов в собственной стране, необходимо прежде всего обмениваться информацией с зарубежными органами безопасности, в том числе с европейскими. Вы собираетесь в одиночку решать проблемы с нидерландскими подозреваемыми в терроризме?

– Можно дружить и без членства в ЕС. Прюмский договор 2005 года – хороший пример международного сотрудничества.

– Вы утверждаете, будто войну Западу объявил ислам. В действительности это сделали террористические группировки «Аль-Каида» и ИГИЛ (запрещены в России. – «Профиль). При этом большинство из 1,6 миллиарда мусульман в мире, как и мы, считают джихадистов варварами и врагами.

– То, что вы сейчас говорите, неправда. Исследования голландских и берлинских университетов свидетельствуют, что 80% нидерландских мусульман смотрят на тех, кто едет воевать в Сирию, как на героев. Один университет в Амстердаме сообщает, что 11% мусульман готовы применять насилие в отношении немусульман и других мусульман. Я много ездил по миру, был в Афганистане, Иране, Египте, и я очень хорошо могу провести различие между умеренными мусульманами и исламистами. Исламизм – империалистическая идеология, как коммунизм или фашизм.

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

КОНТЕКСТ

30.11.2016

Трамп всех рассорит

Победа миллиардера на выборах еще больше осложняет переговоры о выходе Великобритании из ЕС. Лондон и Брюссель берут курс на жесткий разрыв

25.11.2016

СМИ: «Роснефть» манипулировала судебным процессом по делу ЮКОСа

СМИ: «Роснефть» манипулировала судебным процессом по делу ЮКОСа

17.11.2016

Брюссель наносит ответный удар

Brexit грозит британской казне выплатами по обязательствам и бюджетной дырой в 100 миллиардов фунтов

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ