Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 96
03.12.2014 | Валерия Кущук

На втором месте после продуктов

Чтобы стать великой обувной державой, Россия должна втиснуться между Италией и Китаем

Антон Титов прошел в своей компании все ступени: от работы на конвейере до кресла директора Фото: пресс-служба компании «Обувь России»

Глава группы компаний «Обувь России» Антон Титов рассказал «Профилю», насколько страшна экономическая стагнация для потребителей и обувных компаний, возможно ли возродить этот сектор промышленности в стране и почему он продолжил дело своего отца, а не занялся чем-то другим.

— За счет чего обувные компании могут расти во время стагнации?

— Обувь в потребительской корзине занимает второе место после продуктов. К тому же у нас в Сибири суровый климат. Так что кризис, не кризис — обувь нужна. К тому же мы защищены тем, что обувь изнашивается максимум за два сезона, и от нее не откажешься, как от мебели или электроники.

Мы уже проходили это и в 1998–1999, и в 2008–2009 годах. Оказалось, что обувной рынок не сильно падает в кризис. 2008 год показал, что возможно небольшое сезонное снижение потребления. Весной 2009 года рынок упал не больше чем на 15%, в то время как в остальных сферах провал был более жестким.

В то же время крупные игроки обувного рынка сейчас вытесняют небольших, как это обычно происходит, когда в экономике тяжелые времена. У многих маленьких игроков нет сильной команды управления и финансового запаса. А «Обувь России» растет еще за счет того, что консолидирует рынок. Компания увеличила число магазинов, например, поглотив розничную компанию «Россита».

Федеральная сеть «Обувь России»
Один из лидеров российской обувной розницы в среднеценовом сегменте. Головной офис компании находится в Новосибирске. Компания развивает обувные магазины торговых марок Westfalika, «ПешеходСеть», Emilia Estra, Rossita, Lisette, casual-бренд All.go и бренд верхней одежды Snow Guard, владеет обувными фабриками в Новосибирске и Черкесске. За девять месяцев 2014 года «Обувь России» увеличила оборот в 1,56 раза и выручка составила 5,14 млрд рублей. Чистая прибыль увеличилась на 56% — до 467 млн рублей.

 

— Какое время обувной рынок переносит тяжелее – предыдущий кризис или сегодняшнюю стагнацию?

— Причины, тяжесть и глубина последствий тогда и сейчас разные. Я считаю, что в 2008–2009 годах ситуация была гораздо хуже, в том числе для потребителя. Тогда многие предприятия, занимавшиеся экспортом, например, в металлургическом или добывающем секторе, снижали поставки, сокращали персонал, задерживали зарплаты. А сейчас наши проблемы вызваны скорее экономическим противостоянием между Россией и США. Заводы по-прежнему работают, людей не увольняют.

Хотя в России потребление обуви и так в два раза ниже, чем там, где у населения более высокие доходы. У нас это в среднем три пары на человека в год, тогда как в США — 6–7 пар, в среднем по Европе — 5,5 пар, в одной Италии — 14 пар. То есть объем нашего потребления недалеко ушел от нормы износа обуви. Поэтому в худшем случае потребление упадет до двух пар обуви на человека в год.

Westfalika
Михаил Титов создал этот обувной бренд в 1993 году. Сначала предприятие занималось только оптовой торговлей, затем появилась фабрика женской обуви. Через 10 лет его сын Антон Титов учредил «Обувь России», включил в структуру компании «Вестфалику» и создал еще несколько брендов.

 

— Это можно перевести в процент, на который сократится выручка компании?

— Нет, прямой зависимости может не быть. Нужно учитывать и ценовой сегмент, и действия конкурентов. Допустим, мы сейчас идем с ростом выручки на 16% к прошлому году. Это связано с тем, что кто-то из конкурентов больше ужимается, а мы стимулируем продажи с помощью рассрочки платежа даже в таких условиях.

Но если тенденция в экономике сохранится, весной спрос упадет на 10–15%. А так как рентабельность обувной компании обычно 15–20% по EBITDA, это не сильно повлияет на рынок, особенно на крупных игроков.

EBITDA
Аналитический показатель объема прибыли до уплаты налогов, расходов на амортизацию и процентов по кредитам. Рентабельность «Обуви России» по EBITDA — 17,6%. За девять месяцев 2014 года EBITDA компании составила 906 млн рублей, прирост по отношению к аналогичному периоду 2013 года — 67%.

 

— А девальвация как влияет на рынок?

— Девальвация — да, это серьезный минус, так как потребительский сектор завязан на импорт. На обувном рынке его доля 80%. Есть, конечно, и свое производство обуви. Но комплектующие в основном импортные. Доля российского сырья — всего 25–30%. Так что себестоимость российского производства растет, и в следующем году цены на обувь вырастут процентов на 20.

Как обуть всю страну

— Почему в России производится мало обуви и комплектующих?

— Теоретически предпосылки для этого есть: в советское время были как крупные фабрики обуви, так и производство подошв, кожи, выделка меха. Понятно, что были проблемы, как и во всех отраслях советской промышленности, но после 1991 года конкретно от этой практически ничего не осталось.

Вполне можно восстановить производство обуви до 50% рынка. Почему столько? Потому что мы не станем конкурентоспособными сразу во всех секторах. В ближайшие 10–15 лет мы точно не сможем развить сегмент дорогой обуви и самой дешевой. В самом дорогом сегменте лидируют итальянцы, а в самом дешевом — китайцы. России остается сегмент обуви по средним ценам — их можно было бы производить по 250 млн пар в год. Но без своего рынка комплектующих мы это сделать не сможем.

— Вы как-то говорили, что сырье для этого есть, тогда что еще нужно?

— Да, в России есть сырье: крупный рогатый скот, нефть, переработка которой служит основой для каблуков, подошв, стелек. И в стране есть спрос, к тому же стабильный, а благодаря девальвации внутреннее производство стало более рентабельным. Чтобы производство начало развиваться, нужны даже не дотации, а понимание, как это должно происходить. Китай, например, создал эту отрасль с нуля за 20–25 лет. Мы тоже можем создавать региональные центры производства обуви, компании здесь тоже могут сотрудничать. «Обувь России», например, кооперируется с другими производственными предприятиями.

Если обувная фабрика окупается за 5–7 лет, то, например, кожевенный завод — за 10–15. Частный бизнес сейчас не потянет такие инвестиции — нужна отраслевая программа поддержки. А легкой промышленности нет даже в списке направлений, которым помогает Внешэкономбанк. При поддержке государственных институтов бизнес мог бы развиваться быстрее. С точки зрения роста ВВП легкая промышленность, может, и не так важна, но в ней может быть занята большая часть населения.

— Какие проблемы для ведения бизнеса вы замечаете в Новосибирске?

— Да, наверное, почти никаких. К производству везде относятся хорошо, вредные вещества наши фабрики не выбрасывают.

Правда, в крупных городах развита сфера услуг, и нам тяжело заманить молодой персонал на производство. Все хотят работать менеджерами, идти в розничную торговлю или в сферу услуг, рестораны какие-нибудь обслуживать. Поэтому у нас возраст сотрудников на производстве в Новосибирске — за 40. Сейчас мы запускаем фабрику на Северном Кавказе, в Черкесске, где торговля и услуги не так развиты. Оказалось, что там, наоборот, молодежь хочет работать на производстве.

— Вы сами носите то, что производит и продает «Обувь России»?

— Я только это и ношу, кроме, может, какой-то специфической обуви вроде кроссовок.

— Что как потребитель вы бы улучшили в своей продукции?

— Я хочу, чтобы вся наша обувь была удобной. И когда мы разрабатываем новые модели, я пользуюсь своим положением и всегда делаю примерку первым — не могу ходить в неудобной обуви. Так что я очень требовательный потребитель.

«У меня особо не было выбора»

— Почему вы решили продолжить дело своего отца?

— Да у меня особенно выбора не было. Сначала я работал в обувной компании отца на разных должностях, в том числе на производстве, так что даже вопроса не стояло, чем я буду заниматься. Я доволен этим: нужно заниматься тем, в чем ты разбираешься. Если честно, даже не было мыслей, хочу ли я попробовать себя в чем-то еще.

— Вы хотели бы, чтобы ваши дети тоже продолжили ваше дело?

— Ну конечно. Думаю, это желание каждого бизнесмена, хотя и от ребенка многое зависит.

— В России мало семейных компаний. Как вы считаете, почему?

— Не знаю, наверное, все от родителей зависит. Я благодарен своему отцу за то, что он рано познакомил меня со своим делом, потратил много сил и времени, чтобы передать мне какие-то знания. Он доверял мне принимать самому дорогостоящие решения, и мои решения не всегда были верными. Наверное, мало кто может на такое пойти. Считают, что достаточно отправить ребенка в какую-нибудь западную бизнес-школу, а потом посадить его управлять здесь авиакомпанией. А чтобы вырастить себе замену, нужно погрузить ребенка в это чуть ли не с детства.

— Кофе вас не заставляли носить?

— Нет (смеется). Поначалу это была работа на компьютере.

Я же прошел все ступени в компании — работал на конвейере и могу выполнить практически все производственные операции. В коммерческом блоке был одно время и рядовым менеджером по продажам, ездил по регионам с сумкой с образцами и каталогами. Начал я всем этим заниматься с 16 лет, то есть с 11-го класса. Первое время просто выполнял какие-то незначительные поручения в офисе.

Думаю, то, что у нас мало семейных компаний, — это проблема не детей, а родителей. Они, может, много времени тратят на свой бизнес, но, может быть, недостаточно на то, чтобы готовить детей себе на замену. Но вряд ли это российская особенность — скорее проблема бизнеса вообще.

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

20.11.2014

К хостелу через автомойку

Как придумать и организовать один бизнес, который спасет другой

19.11.2014

Деньги из космоса

Как трое сибиряков осваивают околоземное пространство

04.11.2014

Бросить бизнес ради фермы

Как под Тулой строят маленькую Италию

КОНТЕКСТ

04.11.2016

Прекратить кошмарить бизнес

Верховный суд предложил запретить арест предпринимателей в СИЗО до оглашения приговора

11.10.2016

Фирмы вениками вяжут

Кризис, проверки и реформы сократили количество коммерческих предприятий в России

11.08.2016

Ротенберг учредил «Национальную газовую группу»

Ротенберг учредил «Национальную газовую группу»

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ