Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 96
26.09.2014 | Сергей Кумыш

Госбезопасность и литература

Роман Иэна Макьюэна «Сластена» похож на красивое уравнение с единственно возможным решением

Главная задача агента — не вмешиваясь в процесс писания, направлять мысли своих подопечных в правильное русло

Все начинается как классический английский роман. Сирина Фрум, старшая из двух епископских дочерей, выросла в тени собора, под сенью царственных деревьев. Сложные отношения с хипповатой сестрой и отцом, который слишком занят своим делом, чтобы уделять хоть сколько-нибудь времени воспитанию детей. Сирину воспитывают мать и… литература: с раннего детства девушка открывает для себя чтение и уходит в него с головой. В меру скромная и развитая не по годам, она станет удачной партией для розовощекого юноши из хорошей семьи.

Здесь уместно ненадолго остановиться и сказать о том, что книгу, о которой пойдет речь, написал Иэн Макьюэн. А значит, умиротворяющая картинка в начале нужна лишь для того, чтобы мы, по возможности, забылись, убаюканные плавным течением слога. Вить веревки писатель предпочитает из расслабленных нервов.

Следуя материнской воле, Сирина поступает в Кембридж, но изучает там не филологию, что было бы предсказуемо, а математику, к которой у девушки якобы врожденные способности. Именно этот факт и странное стечение обстоятельств приводят к тому, что ее вербуют в МИ-5 — британскую контрразведку. Там она становится участником секретной программы под кодовым названием «Сластена».

Фото: Flickr.com / Belinda Lawley
Иэн Макьюэн на церемонии вручения Букеровской премии Фото: Flickr.com / Belinda Lawley
«Сластена» занимается тем, что, посредством махинаций с различными фондами, вербует прозаиков и поэтов для служения высшей цели — работе на госбезопасность. Ничего не подозревающие литераторы получают от государства щедрые субсидии и полную свободу творчества. Агенты же призваны, не вмешиваясь в процесс писания, грамотно направлять мысли своих подопечных в правильное русло.

Сирина получает задание «вести» начинающего, но подающего немалые надежды прозаика по имени Том Хейли. Конечно же, они влюбляются друг в друга. Конечно же, страшно предположить, чем все это может закончиться.

В романе три основные темы: политика, любовь и литература. Наиболее четко выписан именно политический контекст. Все происходит в семидесятые годы. Конфликт в Северной Ирландии, боевые действия в Израиле, военные операции США на Ближнем Востоке в погоне за нефтью и мировым контролем.

Бесконечные дискуссии и размышления о ситуации в мире и в стране, которые занимают ровно треть «Сластены», поначалу кажутся излишними: не переоценивает ли автор значение событий сорокалетней давности, уделяя им столько внимания в развлекательном, по сути, романе? Следует набраться терпения. Макьюэн не любит случайностей. Пустых разговоров в романе нет.

«Почему, ну почему университетские интеллектуалы приветствуют бойню, учиненную Временной ИРА, и романтизируют Сердитую бригаду и Фракцию Красной Армии?  Воспоминания об империи и о нашей победе во Второй мировой войне преследуют нас и укоряют: почему, почему мы должны прозябать в застое среди руин былого величия? Преступность стремительно растет, повседневная вежливость уходит, улицы в грязи, экономика и моральный дух надломлены, уровень жизни ниже, чем в коммунистической Восточной Германии, мы разделены, воинственны, ничего не значим в мире. Бунтари, нарушители гражданского мира разрушают наши демократические традиции, телевидение истерично и тупо… и все сходятся на том, что надежды нет, что страна кончена, что наше время в истории прошло».

Не это ли, если заменить некоторые названия, мы по пять раз на дню читаем в ленте фейсбука? Не это ли слышим в телефонных трубках от растревоженных друзей? Не это ли пытаемся втолковать кому-нибудь во время яростных споров?

В этот момент все, о чем говорилось в романе ранее, приобретает совсем иной градус, иное послевкусие. Здесь, надо сказать, кроется один из главных секретов «Сластены» —  мы читаем главу за главой, но лишь постфактум начинаем понимать, что это вообще было.

Однако этот принцип, стоит его раскусить, начинает работать против писателя. За событиями слишком легко угадывается его рука — герои движутся ровно в том направлении, куда необходимо ему, превращаются в марионеток. Они не способны ничего изменить. Все было просчитано за них.

Как только читатель понимает, что перед ним вполне объяснимое уравнение, он это уравнение с легкостью решает. Самое обидное то, что решение приходит на ум ровно перед кульминацией. А соответственно, желанного азарта кульминация не приносит. Финал, который явно планировался как неожиданный, становится единственно возможным.

О Томе Хейли мы узнаем только то, что он хороший любовник и достаточно ловкий рассказчик. Именно ловкий — оценить качество его прозы мы не можем, нам дают представление лишь о его работе с сюжетом. К тому моменту, когда полноценный текст Хейли оказывается у нас буквально перед носом, случается слишком многое и художественные особенности уже не имеют для нас никакого значения. Ловкий рассказчик показывает нам кукиш и удаляется.

Та же ситуация с Сириной. Повествование ведется от ее лица, мы получаем весьма объемный набор фактов о ней, из которого должна сложиться целая картинка. Но картинка не складывается. Сирина поверхностна во всем — в работе, с мужчинами и даже в собственных отношениях с литературой, которая, вроде как, всегда была ее главной и самой большой любовью. Сирина — невнимательная, неглубокая читательница. Ее страсть, скорее, сродни вредной привычке, когда ради подавления каких-то внутренних импульсов человек прибегает к обжорству, наркомании или же, как случае с главной героиней «Сластены» — к чтению. Такой своеобразный вид читательского чревоугодия, когда впитываешь содержимое книжного шкафа с каким-то остервенением и практически при полном отсутствии других эмоций.

Все это немного напоминает аппликацию: фигурки с четко очерченными контурами крепятся на картонное панно. По большому счету, ничего плохого в этом нет. Однако остается чувство легкой обескураженности. Роман оказывается совсем не тем, чем казался в начале и заканчивается на середине. Фактическая же концовка и вовсе воспринимается с вежливой улыбкой: спасибо, конечно, но мы давно все поняли.

Но вполне возможно, что именно этого Макьюэн и добивался: игра воображения сменяется логической задачей. А ее решение, все же, оказывается достаточно красивым, чтобы просто наблюдать за ним, даже если точный ответ заранее известен.

 

Бруклин как модель грядущего мира 04.04.2015
Бруклин как модель грядущего мира

В издательстве Corpus выходит роман Бена Лернера «22:04»

Обратный путь от легенды к человеку 28.03.2015
Обратный путь от легенды к человеку

В издательстве Corpus вышла книга «Бродский среди нас», во многом меняющая представления о личности и судьбе поэта

«Ужасная проповедь» Стивена Кинга 05.03.2015
«Ужасная проповедь» Стивена Кинга

Роман «Возрождение» – о вреде религии, на деле оказывается историей о том, что жизнь без веры не имеет смысла

Наш старый новый друг 21.03.2015
Наш старый новый друг

«Такие дела…» – в издательстве «Эксмо» вышла автобиография Жерара Депардье

Непростительно хороший роман 14.02.2015
Непростительно хороший роман

В издательстве «Азбука» выходят «Тонущие» Ричарда Мейсона — международный бестселлер, написанный подростком

Варя Горностаева: «Необходимо уважать своего читателя — что бы ты ни издавал» 07.02.2015
«Необходимо уважать своего читателя — что бы ты ни издавал»

Главный редактор издательства Corpus о том, как выбирают книги, которые будут напечатаны, читают ли произведение, чтобы нарисовать обложку, и почему в кризис популярнее всего серьезная литература

Дойдя до конца, вы перечитаете еще раз 22.01.2015
Дойдя до конца, вы перечитаете еще раз

Джон Уильямс, «Стоунер»: загадочная история романа, которого не было

Несколько часов счастья 03.01.2015
Несколько часов счастья

5 книг для чтения во время новогодних каникул

10 главных книг уходящего года 22.12.2014
10 главных книг уходящего года

Роман-поступок, книга-шкатулка и Брейгель от литературы

Что скрывает тишина 13.12.2014
Что скрывает тишина

Почему Пулицеровскую премию дали роману, который хочется поскорее закрыть, отложить подальше и больше к нему не возвращаться

Разрушительная сила искусства 06.12.2014
Разрушительная сила искусства

Фрэнсис Скотт Фицджеральд — человек, который сжигал себя изнутри

Скелеты в стеклянных шкафах 29.11.2014
Скелеты в стеклянных шкафах

Любой фильм Эмира Кустурицы в сравнении с романом Джонатана Франзена покажется флегматичной мелодрамой

Плакать, чтобы оставаться людьми 22.11.2014
Плакать, чтобы оставаться людьми

О чем расскажет новая книга Анны Гавальды

Издержки хорошего воспитания 13.11.2014
Издержки хорошего воспитания

Идеальное зимнее чтение от Вирджинии Вулф

Голос в твоей голове 06.11.2014
Голос в твоей голове

Три книги, которым очень повезло с переводчиком

Про людей и попугаев 29.10.2014
Про людей и попугаев

Роман о любви под крики какаду

Запечатленное время 22.10.2014
Запечатленное время

Новая книга Евгения Гришковца показывает всю прелесть материального мира

Снежное шоу Майкла Каннингема 15.10.2014
Снежное шоу Майкла Каннингема

В издательстве Corpus вышел роман, где главным действующим лицом оказывается Нью-Йорк

Ничего, кроме ранящей любви 09.10.2014
Ничего, кроме ранящей любви

В издательстве Corpus переиздан бестселлер Патти Смит «Просто дети»

Конан-доктор и его «Опасная работа» 01.10.2014
Конан-доктор и его «Опасная работа»

На русском впервые опубликованы арктические дневники автора «Шерлока Холмса»

32 рассказа, в которых вымышленные события превосходят действительность 16.09.2014
32 рассказа, в которых вымышленные события превосходят действительность

Рецензия на сборник «Русский жестокий рассказ», составленный Владимиром Сорокиным

Тайны и тени 14.09.2014
Тайны и тени

Две книги из прошлого, прочитать которые стало возможно только сейчас

Постмодернизм по-королевски 02.09.2014
Постмодернизм по-королевски

В издательстве АСТ выходит новый роман Стивена Кинга, не поддающийся ни одному жанровому определению

Вопросы воображения 31.08.2014
Вопросы воображения

Три книги, которые оторвут детей от планшетов

На крючке у старого зануды 21.08.2014
На крючке у старого зануды

«Мир глазами Гарпа» американца Джона Ирвинга — роман, в котором самые ожидаемые события все равно случаются внезапно

Игра по новым правилам 17.08.2014
Игра по новым правилам

Две книги американца Джастина Халперна, написанные по всем канонам семейного романа и не имеющие с ним ничего общего

Разговор длиной в семнадцать лет 10.08.2014
Разговор длиной в семнадцать лет

100 писем Карины Добротворской

Внутри литературы 29.07.2014
Внутри литературы

Три книги, которые сделают вас счастливее и богаче

Пятьдесят Питеров Пэнов 11.07.2014
Пятьдесят Питеров Пэнов

Сергей Кумыш — о книге «Скиппи умирает», подростках и взрослых, пороках и чистоте

Об Италии — по-русски 06.07.2014
Об Италии — по-русски

Три книги об Италии, прочитав которые, вы будете уверены, что побывали там

Непростые «Легкие миры» 25.06.2014
Непростые «Легкие миры»

Почему было бы лучше, если бы Татьяна Толстая не писала эту книгу

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

16.09.2014

32 рассказа, в которых вымышленные события превосходят действительность

Рецензия на сборник «Русский жестокий рассказ», составленный Владимиром Сорокиным

14.09.2014

Тайны и тени

Две книги из прошлого, прочитать которые стало возможно только сейчас

02.09.2014

Постмодернизм по-королевски

В издательстве АСТ выходит новый роман Стивена Кинга, не поддающийся ни одному жанровому определению

КОНТЕКСТ

02.03.2015

Абсолютно бесстрашный режиссер

Кинокритик Антон Долин — о своей книге, посвященной Ларсу фон Триеру, личном знакомстве с ним и влиянии культурного контекста на зрительское восприятие

21.02.2015

Книга, от которой не хочется отводить глаз

Как правильно подготовить себя к чтению «Читалки» — романа Поля Фурнеля, недавно вышедшего в издательстве «Синдбад»

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ