Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 96
10.08.2014 | Сергей Кумыш

Разговор длиной в семнадцать лет

100 писем Карины Добротворской

Кадр из к/ф «400 ударов» Ф. Трюффо Фото: vk.com

Ее первая книга «Блокадные девочки» вышла год назад и вызвала яростную реакцию всезнающих пользователей интернета. Нашлись люди, которые посчитали недопустимым описание личного опыта — детского, голодного, а впоследствии взрослого, обеспеченного, но не менее сложного и уж точно более запутанного — рифмовать с историей жительниц блокадного Ленинграда и их последующей судьбой.

Почему-то многие восприняли «Блокадных девочек» едва ли не как личное оскорбление. Стоит ли говорить, что большинство «оскорбленных» о блокаде знали понаслышке, родились на закате, а то и после окончания советской эпохи. Впрочем, к правде, ценности и важности книги все это отношения не имело.

С тех пор прошло чуть больше года. И вот в «Редакции Елены Шубиной» вышла новая книга Карины Добротворской «Кто-нибудь видел мою девчонку? 100 писем к Сереже». Примечательно, что в названиях обеих книг есть это слово: девочка, девчонка. В первом случае — более детское, невинное. Во втором — более дерзкое, отчаянное.

Изображение в «Блокадных девочках» время от времени размывается, засвечивается, зернится, как в фильме, снятом на шестнадцатимиллиметровую кинопленку. Оптика «Писем к Сереже» совершенно иная. Каждая деталь — в фокусе, каждое лицо — объемно и выпукло, и волосок оператора, попавший в объектив, попал туда неслучайно.

Сережа — это Сергей Добротворский. Кинокритик, снискавший славу и память кинозвезды. Мистический двойник Джеймса Дина. Легенда «Сеанса» и ЛГИТМИКа —  нынешней Театральной академии на Моховой. Книга Карины Добротворской — письма к человеку, который умер семнадцать лет назад, но так и не ушел из жизни тех, кто его любил.

Первое, что почти сразу бросается в глаза, — в «Письмах» будто бы отсутствует время с его условными границами и метафорическим течением. Несмотря на точные даты, фиксацию определенных событий и подробную до беспощадности память к деталям, времени там попросту нет. Постепенно приходишь к выводу, что все наши пустые, выдуманные разговоры о его быстротечности, или же позорные элегические вздохи о том, что раньше оно текло как-то иначе — бессмысленная болтовня, попытка уйти от неизбежной правды. Правда не в быстротечности, а в бесконечности. Люди остаются в прошлом. Их фигуры уменьшаются, удаляясь от нас. Но где бы мы ни были, нам никуда от них не деться. Место, занятое одним человеком, для другого не освободится никогда.

«Прошлое выжигает душу и не дает любить», — пишет Карина Добротворская. Прошлое, не прошедшее. Чувствуете разницу? Прошлое — такая же часть времени, как настоящее и будущее. И как просто было бы жить, если бы оно действительно проходило. Но ничто не проходит. Ничто никуда не девается. Что-то забывается — возможно. Что-то перемешивается в памяти с вымыслом — да. Только кому от этого легче.

Еще одна отличительная особенность «Писем» — бесстрашие, и это приподнимает книгу над любой другой мемуарной прозой и над приукрашенными романами о трагической любви.

Мемуары — почти всегда попытка переосмыслить свою жизнь и оправдать свои поступки, преподнеся читателям «улучшенную версию себя». Мемуары — выгодная правда, миф, вставленный в рамку литературной композиции. Любовный роман с трагическим финалом притягивает нас по той же причине, что и, например, роман ужасов: происходящее завораживает, потому что случается не с нами. В «Письмах» мы видим жизнь, очищенную от глянцевого лоска, лишенную романтической оправы. Этакое европейское окно без занавесок — ты не подглядываешь, ты приглашен в свидетели.

«Письма к Сереже» — это еще и честный, лишенный каких-либо сантиментов, автопортрет. Правда здесь не укладывается в привычный критерий «плохо-хорошо». Время, лишенное границ, не предполагает оценочной системы — события невозможно переосмыслить, поступки невозможно оправдать, потому что в предложенной плоскости все, что когда-то было, продолжает существовать. В подобной ситуации у самого стойкого автора может возникнуть соблазн сместить точку зрения в удобную ему сторону. Но Добротворская продолжает фиксировать жизнь беспощадно, часто прибегая к сверхкрупным планам. Сверхкрупный план, как известно, не терпит вранья — ему там просто неоткуда взяться.

Кинематографические образы и ассоциации в данном случае неизбежны. Помимо того, что жизнь Сергея и Карины Добротворских была напрямую связана с кино, которое долгое время было их работой, хлебом, наркотиком, они оба очень напоминают героев французской «Новой волны»: слишком прекрасны для благополучной развязки. В Петербурге 90-х судьба двух отдельно взятых людей приобрела характер сюжета Трюффо или Годара. Кино вмешалось в их жизнь, перемешалось с ней.

Главные фильмы нашей жизни, те, которые меняют нас, на самом деле ведь не заканчиваются. Мальчик из «400 ударов» Трюффо не взрослеет. Герой Бельмондо из годаровского «На последнем дыхании» — не умирает. Просто потому, что мы этот фильм до сих пор пересматриваем — прокрути назад, и он снова улыбается: «Если вы не любите море, если вы не любите горы, если вы не любите жизнь — идите к черту!» Вот и книга Карины Добростворской — это не конец истории. Скорее, попытка наложить финальные титры.

Режиссер Сергей Овчаров в свое время вывел довольно точную формулу экранизации: «Для того чтобы максимально приблизиться к первоисточнику, надо максимально от него удалиться». Пожалуй, в литературе автобиографическая проза приближена к экранизации больше, чем все остальные жанры – попытка показать то, что придумано не тобой, но от тебя неотделимо. Прежде чем написать эту книгу, Карина Добротворская прожила семнадцать лет без своего первого мужа. Но все семнадцать лет их разговор не прерывался. Неслучайно все заканчивается словами: «Отпусти меня».

Потому и чтение «Писем» должно стать осознанным выбором. Это не случайная проза для самолетов. Это не пляжная литература. «Письма к Сереже» возвращают нас в те недалекие, но уже порядком подзабытые времена, когда чтение было работой, не терпящей суеты, не предполагающей посторонних дел. Жизнь, вырастающая из этих страниц, не дает нам права на легкомысленное отношение.

Бруклин как модель грядущего мира 04.04.2015
Бруклин как модель грядущего мира

В издательстве Corpus выходит роман Бена Лернера «22:04»

Обратный путь от легенды к человеку 28.03.2015
Обратный путь от легенды к человеку

В издательстве Corpus вышла книга «Бродский среди нас», во многом меняющая представления о личности и судьбе поэта

«Ужасная проповедь» Стивена Кинга 05.03.2015
«Ужасная проповедь» Стивена Кинга

Роман «Возрождение» – о вреде религии, на деле оказывается историей о том, что жизнь без веры не имеет смысла

Наш старый новый друг 21.03.2015
Наш старый новый друг

«Такие дела…» – в издательстве «Эксмо» вышла автобиография Жерара Депардье

Непростительно хороший роман 14.02.2015
Непростительно хороший роман

В издательстве «Азбука» выходят «Тонущие» Ричарда Мейсона — международный бестселлер, написанный подростком

Варя Горностаева: «Необходимо уважать своего читателя — что бы ты ни издавал» 07.02.2015
«Необходимо уважать своего читателя — что бы ты ни издавал»

Главный редактор издательства Corpus о том, как выбирают книги, которые будут напечатаны, читают ли произведение, чтобы нарисовать обложку, и почему в кризис популярнее всего серьезная литература

Дойдя до конца, вы перечитаете еще раз 22.01.2015
Дойдя до конца, вы перечитаете еще раз

Джон Уильямс, «Стоунер»: загадочная история романа, которого не было

Несколько часов счастья 03.01.2015
Несколько часов счастья

5 книг для чтения во время новогодних каникул

10 главных книг уходящего года 22.12.2014
10 главных книг уходящего года

Роман-поступок, книга-шкатулка и Брейгель от литературы

Что скрывает тишина 13.12.2014
Что скрывает тишина

Почему Пулицеровскую премию дали роману, который хочется поскорее закрыть, отложить подальше и больше к нему не возвращаться

Разрушительная сила искусства 06.12.2014
Разрушительная сила искусства

Фрэнсис Скотт Фицджеральд — человек, который сжигал себя изнутри

Скелеты в стеклянных шкафах 29.11.2014
Скелеты в стеклянных шкафах

Любой фильм Эмира Кустурицы в сравнении с романом Джонатана Франзена покажется флегматичной мелодрамой

Плакать, чтобы оставаться людьми 22.11.2014
Плакать, чтобы оставаться людьми

О чем расскажет новая книга Анны Гавальды

Издержки хорошего воспитания 13.11.2014
Издержки хорошего воспитания

Идеальное зимнее чтение от Вирджинии Вулф

Голос в твоей голове 06.11.2014
Голос в твоей голове

Три книги, которым очень повезло с переводчиком

Про людей и попугаев 29.10.2014
Про людей и попугаев

Роман о любви под крики какаду

Запечатленное время 22.10.2014
Запечатленное время

Новая книга Евгения Гришковца показывает всю прелесть материального мира

Снежное шоу Майкла Каннингема 15.10.2014
Снежное шоу Майкла Каннингема

В издательстве Corpus вышел роман, где главным действующим лицом оказывается Нью-Йорк

Ничего, кроме ранящей любви 09.10.2014
Ничего, кроме ранящей любви

В издательстве Corpus переиздан бестселлер Патти Смит «Просто дети»

Конан-доктор и его «Опасная работа» 01.10.2014
Конан-доктор и его «Опасная работа»

На русском впервые опубликованы арктические дневники автора «Шерлока Холмса»

Госбезопасность и литература 26.09.2014
Госбезопасность и литература

Роман Иэна Макьюэна «Сластена» похож на красивое уравнение с единственно возможным решением

32 рассказа, в которых вымышленные события превосходят действительность 16.09.2014
32 рассказа, в которых вымышленные события превосходят действительность

Рецензия на сборник «Русский жестокий рассказ», составленный Владимиром Сорокиным

Тайны и тени 14.09.2014
Тайны и тени

Две книги из прошлого, прочитать которые стало возможно только сейчас

Постмодернизм по-королевски 02.09.2014
Постмодернизм по-королевски

В издательстве АСТ выходит новый роман Стивена Кинга, не поддающийся ни одному жанровому определению

Вопросы воображения 31.08.2014
Вопросы воображения

Три книги, которые оторвут детей от планшетов

На крючке у старого зануды 21.08.2014
На крючке у старого зануды

«Мир глазами Гарпа» американца Джона Ирвинга — роман, в котором самые ожидаемые события все равно случаются внезапно

Игра по новым правилам 17.08.2014
Игра по новым правилам

Две книги американца Джастина Халперна, написанные по всем канонам семейного романа и не имеющие с ним ничего общего

Внутри литературы 29.07.2014
Внутри литературы

Три книги, которые сделают вас счастливее и богаче

Пятьдесят Питеров Пэнов 11.07.2014
Пятьдесят Питеров Пэнов

Сергей Кумыш — о книге «Скиппи умирает», подростках и взрослых, пороках и чистоте

Об Италии — по-русски 06.07.2014
Об Италии — по-русски

Три книги об Италии, прочитав которые, вы будете уверены, что побывали там

Непростые «Легкие миры» 25.06.2014
Непростые «Легкие миры»

Почему было бы лучше, если бы Татьяна Толстая не писала эту книгу

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

20.07.2014

«Я себя ощущаю очень одиноко в литературном контексте России»

Евгений Гришковец — об отношении к себе коллег по цеху, знакомстве с грузинской культурой, отсутствии ностальгии по СССР и новой книге

КОНТЕКСТ

28.03.2015

Обратный путь от легенды к человеку

В издательстве Corpus вышла книга «Бродский среди нас», во многом меняющая представления о личности и судьбе поэта

14.02.2015

Непростительно хороший роман

В издательстве «Азбука» выходят «Тонущие» Ричарда Мейсона — международный бестселлер, написанный подростком

10.01.2015

10 самых ожидаемых книг 2015 года

Автобиография Стивена Фрая, «Возрождение» Стивена Кинга и другие лекарства для продления жизни

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ