logo
14.07.2017 | |

Жирок на мозге

Ученые пришли к выводу, что после операции по уменьшению желудка многие пациенты просто замещают обжорство какой-то другой страстью

Фото: Shutterstock

«У меня было такое чувство, будто я потеряла лучшего друга, – рассказывала пациентка из США в первые недели после операции по резекции желудка. – Я стала «скучать» по еде. Не то чтобы я постоянно испытывала голод, – нет, я тосковала. Еда была для меня как бы утешением. Поэтому теперь приходится заменять ее другими вещами, которые не несут мне ничего хорошего». Благодаря хирургическому вмешательству эта женщина в возрасте около 45 лет с интересной работой и хорошей зарплатой сбросила больше 60 килограммов. Но по прошествии всего двух лет американка, участвовавшая в исследовании Университета штата Нью-Йорк, пристрастилась к азартным играм.

Считается, что для страдающих крайней степенью ожирения так называемая бариатрическая операция (от греческого «барос» – вес), при которой осуществляется либо шунтирование с обходом нижней части желудка, либо рукавная резекция (удаление трех четвертей желудка), являет собой наиболее действенный метод, обеспечивающий стабильное снижение веса. Для многих такое вмешательство – последняя надежда на возвращение к более-менее нормальной и здоровой жизни. Человек физически теряет возможность съедать за один прием большое количество пищи. Кроме того, часто он плохо переносит избыток сладкого. Помимо потери веса, к положительным последствиям операции относится снижение кровяного давления и уровня липидов в крови. На удивление быстро отмечается улучшение и у пациентов, страдающих диабетом второго типа.

В 2014 году только в Германии было произведено 9225 бариатрических операций, согласно отчету больничной кассы Barmer (в Германии больничные кассы – некоммерческие страховые организации, которые занимаются обязательным медицинским страхованием. – «Профиль»). За последние 10 лет количество таких операций возросло многократно. «И нужно, чтобы к ним прибегало еще больше пациентов», – заявил нюрнбергский бариатрический хирург Томас Хорбах журналу Der Sрiegel в конце 2016 года, когда всех немцев беспокоил вопрос, правда ли, что тогдашний председатель социал-демократов Зигмар Габриэль лег под нож, чтобы ему легче было худеть. Некоторые врачи призывают рекомендовать такие операции даже тем диабетикам, у которых нет больших проблем с избыточным весом.

Однако теперь открывается оборотная сторона медали, о которой хирурги предпочитают не думать: нередко вместо обжорства прооперированные пациенты впадают в другую зависимость. Недавно опубликованное исследование Питтсбургского университета с участием почти 2100 пациентов приводит к тревожному выводу: в первые пять лет после шунтирования желудка у 20% прооперированных появляются проблемы с алкоголем, а каждый тринадцатый и вовсе становится клиентом наркоторговцев.

Часто алкоголизм развивается только через несколько лет после операции, когда большинство хирургов теряет своих пациентов из виду. Кроме того, в отдельных случаях развивается игромания, а иногда и шопоголизм.

«Бариатрическая операция – это не простое хирургическое вмешательство, после которого врач может отправить пациента домой, и все, – предупреждает медик Кристоф Штрауб, председатель правления больничной кассы Barmer. – Всегда нужно иметь перед глазами всего человека. Нельзя судить об успешности операции, исходя исключительно из цифры на весах и потребности в инъекциях инсулина».

Нейрологи теряются в догадках, как операция на желудке может приводить к зависимости. Возможно, у данного феномена есть психологическое объяснение? «Существуют основания полагать, что многие пациенты теряют возможность регулировать собственные эмоции при помощи приступов обжорства, как они делали это до операции, – говорит нутриолог Адриан Мойле с психологического отделения Зальцбургского университета. – Вероятно, потому они и прибегают у другим веществам, вызывающим привыкание, и прежде всего к алкоголю».

Предположение, что продукты питания с высоким содержанием жиров и сахара могут вызывать зависимость, высказывается давно. В частности, мозг людей с крайней степенью ожирения, как показали исследования, напоминает мозг кокаиновых наркоманов. Не исключено, что после операции по уменьшению желудка такие пациенты просто замещают обжорство какой-то другой страстью.

Но многие ученые считают психологическое объяснение недостаточным. Другая гипотеза гласит: в результате операции изменяются процессы переваривания и усвоения пищи, а с ними и воздействие алкоголя на организм. В норме вино и крепкие напитки начинают расщепляться соответствующим энзимом уже в желудке, и только часть алкоголя попадает в кровь и доставляется в мозг. После шунтирования желудка человек подвергается воздействию большей дозы алкоголя при том же количестве выпитого. Вместо того чтобы постепенно захмелеть, человек испытывает алкогольную эйфорию. Однако и это не может служить исчерпывающим объяснением. Тем более что существует не только алкоголизм. Эксперименты на животных показывают: операция на желудке может непосредственно влиять на зоны, отвечающие за развитие зависимости.

Удивительное взаимодействие желудочно-кишечного тракта и мозга пытается объяснить и научный директор Центра диабета им. Гельм-гольца в Мюнхене Маттиас Чоп. Эксперт в области коммуникации между желудком и мозгом говорит: «В желудочно-кишечном тракте вырабатываются многочисленные гормоны, передающие сигналы в мозг».

Состав такого гормонального коктейля после бариатрической операции претерпевает самые серьезные изменения, говорит Чоп. Вероятно, именно поэтому состояние здоровья диабетиков улучшается сразу после вмешательства и еще до того, как те начинают по-настоящему терять вес. С другой стороны, часть таких гормонов, как известно, воздействует на зоны головного мозга, отвечающие за развитие зависимости. Сейчас Чоп и его коллеги пытаются создать медикамент, который позволит целенаправленно «корректировать» рецепт гормонального коктейля в желудочно-кишечном тракте. Если им это удастся, то потребность в хирургическом уменьшении желудка может отпасть. Однако не исключено, что некоторые пациенты в результате такой терапии станут более подвержены развитию зависимостей, объясняет Чоп: «Поэтому мы должны досконально изучить воздействие соответствующих комбинаций гормонов».

Кристоф Штрауб призывает к большей осторожности с операциями по уменьшению желудка. Аргументы за и против следует взвешивать намного тщательнее, чем это практикуется, убежден он: «К сожалению, мы периодически видим, что врачи даже не придерживаются действующих директив». К тому же, говорит Штрауб, в большинстве немецких клиник нет работающей сети врачей, которые вели бы пациентов после операции с учетом соответствующих рисков.

Вероятно, такие специалисты смогли бы предотвратить и трагедию, произошедшую с новозеландским экспертом в области здравоохранения – недавно ее случай был описан в издании Australian & New Zealand Journal of Psychiatry. Женщине в возрасте около 50 лет шунтировали желудок; в первый же год индекс массы тела снизился с 40 до 32. Казалось бы, все шло как нельзя лучше. Но потом ее повысили в должности. Раньше, рассказывает она, у нее была привычка «заедать» стресс; после операции такой возможности не стало. Она начала выпивать и в какой-то момент дошла до четырех бутылок вина в день. В результате ее уволили, полгода ей пришлось провести в клинике, сегодня она посещает встречи анонимных алкоголиков. «Потеря лишнего веса, – говорит Штрауб, – сама по себе не делает из пациентов счастливых людей».

КОНТЕКСТ

12.06.2018

Время развешивать ярлыки

Почему добровольная маркировка продуктов не решит проблемы здорового питания населения

06.06.2018

Выручать из еды

Почему здоровое питание для жителей России пока не по зубам

09.04.2018

Тело всей жизни

Диетолог Виктор Тутельян – о том, почему россияне разучились питаться правильно

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас