logo
30.01.2017 |

Все, что надо знать о криминале

Генпрокуратура создаст единую базу преступлений для простоты учета и мониторинга в онлайне

Фото: shutterstock

К 2022 году в России появится автоматизированная система правовой статистики. В ней будет учитываться информация обо всех преступлениях в стране. В Генпрокуратуре, которая выступила инициатором проекта, рассчитывают, что единая база преступлений поможет избегать искажений в данных. Эксперты приветствуют идею надзорного органа и говорят, что она облегчит жизнь и гражданам, и юристам, но опасаются, что при реализации могут возникнуть трудности.

О планах надзорного органа «Ведомостям» рассказал начальник управления правовой статистики Олег Инсаров. По его словам, бюджет федеральной целевой программы (ФЦП) составит от девяти до 11,3 миллиарда рублей в зависимости от сценария: оптимистичного или реалистичного. Основная часть средств пойдет на установку специальных терминалов в Следственном комитете, МВД, МЧС, ФСБ, в Федеральной таможенной службе (ФТС) и ФСИН. Все эти ведомства будут вводить в них данные о выявленных преступлениях. Это должно помочь правоохранителям избегать ошибок при отслеживании уголовных дел и ведении их учета.

Сейчас этот процесс исполняется вручную. На каждое уголовное дело заводится бумажная карточка, в которую от руки вводятся специальные коды из справочников и множество других данных. Однако следователи, по утверждению, Инсарова, зачастую относятся к своим обязанностям недобросовестно, и в результате в карточках появляется недостоверная информация, которой легко манипулировать. К тому же, заявления граждан, которые должны становится поводом для возбуждения дел, нередко игнорируются, уже имеющиеся дела (в основном труднораскрываемые) закрываются, снимаются с учета или же заменяется их квалификация. «Эта система и правда устарела. Она архаична», — отметил в беседе с «Профилем» директор некоммерческой организации «Информационная культура» и куратор проекта «Открытая полиция» Иван Бегтин.

За последние пять лет прокуратура выявила более 5,5 миллиона нарушений при ведении уголовно-правовой статистики. Некоторые из них касаются не просто искажения информации в карточках, но и более серьезных деяний, например, подделки подписей прокуроров. Новая система хороша как раз тем, что отделяет контролера от исполнителя, говорит Бегтин. «У нас долгие годы МВД выступало в качество основного правоохранительного ведомства, и оно же вело учет своей деятельности. Отсюда и такие результаты. Если эти направления работы будут разделены, я думаю, результаты придут».

Готовящийся проект позволит отслеживать любое дело на разных этапах с момента возбуждения и до приговора суда. Предполагается, что система откроет новые возможности и для граждан: они смогут подавать электронное заявление о преступлении и с помощью специального номера следить за расследованием в онлайне.

«Данные криминальной статистики очень важны для обычных людей. Они позволяют определить удачное место для жизни, ведь уровень преступности — едва ли не главный фактор в этом вопросе. Они помогают выбрать район для ведения бизнеса. Они позволяют жертвам преступлений оперативно узнавать о ходе их расследования. Я уж не говорю о том, как это важно профессиональным юристам. Адвокаты смогли бы не ездить каждый день в изолятор и к следователю и не фотографировать материалы дел, а получать все это в электронном виде у себя дома», — говорит Бегтин.

Общую криминальную статистику в России начали вести в 2006 году. До этого каждое ведомство правоохранительной системы занималось этим отдельно и руководствовалось документами еще советских времен. В конце 2005 года Генпрокуратура, МВД, МЧС, Минюст, ФСБ, Минэкономразвития и ныне ликвидированная ФСКН выпустили совместный приказ. В нем говорилось о введении единого порядка регистрации уголовных дел и учета преступлений. Такой порядок предписывал правоохранителям вести шесть типов карточек. Форма №1 отвечала за только что выявленное преступление, форма №1.1 — за результаты его расследования. В карточку формы №2 нужно было заносить информацию о преступнике, формы №3 — о движении уголовного дела, а формы №4 — о результатах возмещения материального ущерба и изъятия «предметов преступной деятельности». Наконец, формы №5 и №6 предназначались для данных о потерпевшем и о результатах рассмотрения дела судом первой инстанции.

Информация во всех карточках систематизировалась и направлялась в Главный аналитический центр МВД, а оттуда поступала непосредственным пользователям: Генпрокуратуре, МЧС, ФСБ, ФСКН, ФСИН, Федеральной службе судебных приставов, ФТС и судебному департаменту при Верховном суде. «Поступающие сообщения о происшествиях вне зависимости от места и времени их совершения, а также полноты содержащихся в них сведений и формы представления круглосуточно принимаются в любом органе внутренних дел», — заявляли через месяц после вступления приказа в силу в МВД. Там же разъясняли, что каждому заявителю положен талон-уведомление с указанием регистрационного номера заявления и сведений о принявшем его сотруднике. Если же заявитель не мог обратиться непосредственно в отдел тогда еще милиции, принять его сообщение обязан был любой сотрудник МВД.

В 2012 году тогдашний президент Дмитрий Медведев пожаловался на то, что собираемая в аналитическом центре МВД информация не отражает реальное состояние дел. После этого функцию передали Генпрокуратуре (она считается менее предвзятым органом, поскольку работу ее сотрудников оценивают не по количеству возбужденных или расследованных дел), та пересчитала текущую статистику и получила совсем другие цифры: число преступлений в состоянии алкогольного опьянения возросло на 67%, случаи рецидивов увеличились на 27%, а уличная преступность — на 22%. Однако из-за устаревших методов сбора в достоверности этих данных тоже нельзя быть уверенным. Авторы новой ФЦП полагаются на те самые терминалы (в программе они называются автоматизированными рабочими местами), которые придут на смену карточкам.

Надо заметить, что в некоторых регионах такие терминалы уже работают. В 2013 году, когда стартовал пилотный проект Генпрокуратуры, таких субъектов Федерации было шесть, через два года добавился еще 21. К 2022 году система должна будет охватить всю страну. Изменения коснутся и некоторых профильных законов с нормативными актами.

Кроме того, уже сейчас в опытном режиме работает портал правовой статистики, наполнением которого занимается Генпрокуратура. На нем можно проследить за динамикой отдельных видов преступлений (например, экономических или связанных с получением взятки) за последние годы, узнать о месте России в мировом рейтинге преступности (третье с показателем 10,2 убийства на 100 тысяч человек населения в год, между Бразилией и США) и ознакомиться с социальным портретом типичного преступника (гражданин России с начальным или основным общим образованием в возрасте от 30 до 49 лет без постоянного источника доходов).

«Мы разговаривали с прокуратурой. Она готова публиковать данные вплоть до муниципального уровня уже сейчас. И этот пилотный сайт тому пример. Но пока этому мешает российское законодательство. Они прямо так и говорят», — сетует Иван Бегтин.

Летом прошлого года единоросс Владимир Плигин предложил публиковать криминальную статистику не только на региональном и федеральном как сейчас, но и на муниципальном уровне. Соответствующий законопроект он внес в Госдуму. Документ, по мнению автора, повысит общественный контроль за деятельностью правоохранительных органов, а значит повысит ее эффективность. Идею Плигина активно раскритиковал глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. «Расширение полномочий Генпрокуратуры необоснованно и противоречит закону», — написал он в своем отзыве на законопроект, который по-прежнему находится на рассмотрении в нижней палате парламента. «На прокуратуру возложен контроль за фиксацией сообщений о преступлениях, и она обязана заниматься информированием общества, поэтому в этой части противоречий или излишнего расширения ее полномочий не существует», — отвечал Плигин. По словам депутата, он готов обсуждать свою инициативу со всеми заинтересованными органами.

Новая разработка, безусловно, полезна, но есть сомнения в том, что выделенные на нее средства будут расходоваться правильно, отметил в разговоре с «Профилем» президент Фонда информационной демократии Илья Массух. «Таких подходов за время существования Генпрокуратуры было уже несколько. Где-то деньги неэффективно потратили, где-то еще что-то. Каждый раз что-то мешало. А так можно сказать, что автоматизированность статистики, конечно, улучшает ее качество».

Иван Бегтин в ответ приводит пример Казахстана. Там подобная система заработала несколько лет назад. «И можно уверенно сказать, что она принесла неплохие плоды. Количество зарегистрированных преступлений резко увеличилось», — отмечает куратор проекта «Открытая полиция».

КОНТЕКСТ

18.06.2018

И текли куда надо каналы…

Два месяца назад государство объявило войну мессенджеру Telegram, в которой пока никто не победил

22.05.2018

Держи 5G!

Как изменят нашу жизнь мобильные сети пятого поколения, и почему они до сих пор не появились

30.04.2018

Блокиратор заклинило

Задумав «построить» интернет, государство пока только наломало дров

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас