журнал ПРОФИЛЬ - обложка
№31
30 августа 2010
В номере






ПОЛИТИКА

ЗЕРКАЛО ДЛЯ ЖИВЫХ

Отношение к детям, старикам и мертвым — один из наиболее явных показателей зрелого, уважающего себя и других общества.

Морг бабы Маши

С сентября 1941 по январь 1943 года на Невском пятачке погибло по два человека на квадратный метр. Попавшие на легендарный плацдарм площадью меньше одного квадратного километра солдаты оставались в живых не более суток. Времени и сил хоронить погибших ни у русских, ни у немцев не было. Из мертвых солдаты сооружали оборонительные редуты или сбрасывали их в Неву. На дне реки напротив деревни Невская Дубровка до сих пор лежат кости. Во время наводнения их выносит в огороды дачников и жителей близлежащих поселков.

Дом Марии Ивановны Петровой стоит на окраине Невского пятачка. Шестьдесят лет женщина собирала солдатские останки со своего участка и хоронила их в братской могиле на собственном огороде. Когда на территорию плацдарма пришли поисковые отряды, пенсионерке пришлось отдать собственный сарай для хранения 574 эксгумированных тел красноармейцев якобы до ближайшего военного праздника, когда останки с почестями захоронят в братской могиле.

— Скелеты пролежали в сарае около пяти лет, — рассказывает Мария Ивановна. — Когда я принесла часть мощей в мешке из-под картофеля в военкомат и высыпала косточки на стол, лицо у военачальника вытянулось. «Иди, говорит, бабуля, обратно и больше не приходи с такими находками». Хотя по закону именно он должен был позаботиться о временном захоронении и обеспечить место постоянного погребения солдатиков. По мне пусть бы скелеты лежали в сарае и дальше, но соседи по поселку стали от меня шарахаться. Мой сарай прозвали «моргом бабы Маши» и во всех неприятностях — плохой погоде, неурожае — стали винить меня. Якобы из-за моего «морга» с незахороненными косточками Боженька отвернулся от нашей деревни. Лишь когда соседи нажаловались на меня милиционерам, военные забрали кости, а меня наградили медалью «За оборону Ленинграда»!

Три года назад директор крупного завода уговорил Петрову обменять участок на квартиру в городе. Когда дом Марии Ивановны снесли вместе с фундаментом, выяснилось, что строителям впору вызывать саперов и сотрудников милиции. Дом стоял на останках еще 60 солдат, десятках неразорвавшихся мин и нескольких ящиках со снарядами.

— В 1980-х, когда поисковые работы на Невском пятачке только начались, саперы при разминировании гибли чуть ли не еженедельно, — вспоминает Мария Ивановна. — Стекла в моем доме взрывной волной выбивало неоднократно. После каждого такого «обстрела» я вставляла новые, а потом перестала, так и жила без окон. Как увижу саперов, сразу в погреб лезу, чтобы взрывом не контузило и камешками не посекло.

В память о погибших воинах недалеко от бывшего дома Марии Петровой стоит памятник — танк Т-34. С начала 1990-х танк периодически взрывают хулиганы. В 1999-м взрывом оторвало башню. В 2002 году, в годовщину начала Великой Отечественной войны, танк опять взорвали, установив на днище безоболочное взрывное устройство мощностью около 2 кг тротила. Спустя два года, в годовщину прорыва блокады, осквернили. На броне появились надписи: «Скин-88», «Взорвем снова» и свастика.

Форменное свинство

По соседству с Невским пятачком — деревня Гайтолово, вошедшая во все учебники. Именно здесь Гитлер впервые применил танки «тигр». Число советских солдат, погибших на этом участке фронта, измеряется сотнями тысяч. В 1990 году на братской могиле защитников Ленинграда построили… свинарник.

С предложениями об установке памятных знаков на Гайтоловском могильнике сотрудник Санкт-Петербургского госуниверситета Борис Нериновский и его коллеги-историки обивают пороги различных организаций уже три десятка лет. Еще в далеком 1975-м вопросом озадачилось управление культуры Леноблисполкома, но в конце 1970-х участок, где шли бои, передали совхозу «Мгинский». 

Мелиоративные работы закончились достаточно быстро. Несмотря на поддержку саперов, двое трактористов, перепахивавших могилы, погибли, подорвавшись на минах. О сельском хозяйстве на десятилетие забыли. До тех самых пор, пока на Гайтолово не обратили внимание офицеры войсковой части 51046, переведенной в Кировский район Ленобласти из Сибири. Они и увековечили память геройски погибших солдат свинарником.

— Строительство свинокомплекса началось в 1989 году, — рассказывает Борис Нериновский. — Наличие окопов и боеприпасов, лежащих прямо на поверхности, строителей в форме не смутило. Правда, уже во время рытья котлована строители наткнулись на невероятное количество костей. Солдаты отказывались работать. 

Постройка свинокомплекса все же продолжалась ударными темпами, несмотря на многочисленные протесты. Тех, кто работал на военной стройке, местные жители называли не иначе как свиньями в форме. В начале мая 1990-го свинарник был торжественно открыт в присутствии высшего командования Ленинградского военного округа. 

Свиньи, впрочем, прожили здесь недолго. В 1990-е годы с деньгами у армии стало туго, и командование части отказалось от содержания подсобного хозяйства. Несколько лет заброшенный свинарник стоял, зияя пустыми окнами. Сейчас власти Кировского района передали его в аренду фермерше, которая, правда, так и не смогла заработать баснословных денег разведением свиней на человеческих останках. 

Большинство людей, живущих на Невском пятачке и в прилегающем к нему Гайтолово, убеждены: свинарник, построенный на поле брани, нужно как можно скорее снести. Дохода он все равно не даст. 

Старожилам памятна история, как в начале 90-х на новой ветке железной дороги, пролегавшей поблизости, чуть не каждый месяц происходили крушения. Местные жители убеждены: основная причина — невероятное число не отпетых и не погребенных должным образом солдат, лежащих под железнодорожной насыпью. 

Трагические происшествия прекратились лишь после того, как в составе, который двигался по опасному участку, состоялась панихида по павшим воинам. Освящать же свинарник — кощунственно и бессмысленно, хотя представители церкви к нему приходят регулярно. Не так давно на солдатских могилах провел службу настоятель храма в поселке Сологубовка отец Вячеслав Харинов.

«Китайский квартал» на костях? 

Последний раз сотрудники поискового отряда «Возвращение» обнаружили останки красноармейцев на месте расчистки площадки под жилой комплекс «Балтийская жемчужина», прозванный петербуржцами «китайским кварталом». Но согласно закону РФ «О погребении и похоронном деле» вести застройку на месте старых военных захоронений запрещено. 

— На участке, выделенном для возведения «Жемчужины», проходили самые жестокие бои на ближних подступах к городу. Позиции здесь защищали солдаты 2-го батальона 14-го Краснознаменного полка 109-й дивизии 42-й армии, от Петергофского шоссе до Финского залива, — рассказывает командир поискового отряда «Возвращение» Георгий Стрелец. — Сколько всего красноармейцев погибло за три года, сказать сложно: от нескольких сотен до нескольких тысяч. 

На территории будущего жилого комплекса велись бои, хотя администрация Красносельского района это отрицает. Но ведь не случайно всего в нескольких десятках метров от места, где были найдены мощи, стоит памятник «Защитникам Ленинграда». Останки советских воинов обнаружили даже при подготовке территории под закладной камень «Балтийской жемчужины», торжественно открытый Валентиной Матвиенко и китайскими инвесторами.

— По архивным документам и воспоминаниям участников боев, погибшие солдаты оставались лежать, прорастая травой и кустами, — продолжает Георгий Стрелец. — Если администрация района отказывается блюсти закон и приостанавливать строительство, то любой житель города может подать на чиновников в суд.

«Чехи вставали на защиту наших памятников»

Александр Кирилин, начальник Военно-мемориального центра Минобороны РФ:

«Для России тема воинских мемориалов должна быть важной и острой. Останки наших солдат покоятся в 44 государствах. Наиболее остро проблема захоронений стоит в Прибалтике. Слава богу, в остальных странах все хорошо. Очень показательны моменты начала 1990-х, когда в той же Чехии люди, особенно те, кто пережил фашистскую оккупацию, вставали на защиту наших памятников. К примеру, люди не дали снести памятники маршалам Рыбалко и Коневу. И хоть памятники неоднократно осквернялись, они стоят до сих пор. Люди, помнящие день освобождения Праги, считают его праздником, и именно эта память не дала уничтожить многие мемориалы наших солдат. Я бы отметил еще одну деталь: чем меньше населенный пункт, в котором стоит наш мемориал, тем трепетней к нему относятся жители.

В Польше практически совсем нет примеров посягательств на память о наших солдатах. Не считая двух последних лет, у нас с поляками отношения только улучшались, к тому же на территории Польши с 1993 года существует наша историко-мемориальная группа Министерства обороны. Был составлен полный каталог захоронений советских солдат на территории Польши, он имеет статус официального документа, плюс в нем опубликованы фотографии памятников, тем самым мы как бы застолбили их внешний облик. Вообще, в этой стране за последние годы мы восстановили около девяти десятков кладбищ, на них похоронено свыше 450 тыс. наших воинов из 600 тыс., погибших при освобождении Польши. Полностью проведена паспортизация, выявлены все места захоронений, теперь мы активно работаем над вторым этапом, восстанавливаем судьбы солдат. У нас есть технология установления фамилий, она дает неплохой результат. За последние годы только в Польше мы установили свыше 100 тыс. имен наших воинов. 

Помимо Польши мы сделаем еще шесть таких представительств: в Германии, Венгрии, Румынии по три группы и три региональных, одна на Чехию и Словакию, вторая на Балтийские республики и третья на Китай, Монголию, обе Кореи и Японию. Новое для нас место Румыния, там и группы наши не стояли, и отношение к нам не самое лучшее — все-таки страна входила в гитлеровскую коалицию».

Записал Дмитрий Руднев

Георгий Стрелец уже сейчас с ужасом думает, куда придется прятать останки солдат, погибших в районе будущего «китайского квартала». Ни один городской морг не принимает кости на хранение. Делать временные захоронения в черте города поисковики не могут: слишком велика вероятность, что они станут добычей бродячих собак. По этой причине мешки с костями, иногда целых взводов, поисковики хранят у себя в квартире, дожидаясь разрешения райадминистрации на захоронение.

Георгию памятна история о том, как в 2001 году на Пулковском шоссе при подготовке площадки под строительство супермаркета «Лента» нашли человеческие кости. По обрывкам амуниции было понятно, что это советские солдаты, погибшие при защите Пулковских высот. Тогда депутат ЗакСа Александр Щелканов передал информацию в прокуратуру города и тогдашнему губернатору, Владимиру Яковлеву. Решением прокуратуры строительство было приостановлено на полтора месяца. За это время поисковики обнаружили останки 34 человек.

— По непонятной для нас причине тогдашняя администрация Московского района не дала согласия на их захоронение, ни на временное, ни на постоянное, — рассказывает Стрелец. — Нам пришлось сложить кости солдат в огромные мешки и развезти их по домам. От многих поисковиков тогда ушли жены... Несчастные женщины попросту испугались за детей, которые боялись выходить в прихожую. Лишь в 2004 году силами детей и завуча гимназии №49 Приморского района удалось добиться официального разрешения на погребение и отпевание останков погибших солдат. Их захоронили в братской могиле на Чесминском кладбище Петербурга...

И русских не слышно слез

...Мемориал, украшенный звездой Давида, выставочный центр истории евреев, аккуратные дорожки между надгробными плитами — так выглядит теперь еврейское кладбище в Харбине. Восстановительные работы закончились совсем недавно, к январскому визиту израильского премьера Эхуда Ольмерта. Просто на кладбище Хуаншань среди 600 захоронений есть и могила деда нынешнего главы израильского правительства, Иосифа Ольмерта, бежавшего из России в 1917 году. 

Хотя российские воинские захоронения (в Китае их около 12 тыс.) таким вниманием не обласканы, тем не менее они в очень приличном состоянии. Правда, есть нюансы.    

Здесь могут быть ваши родные

Ремко Рейдинг просит откликнуться родственников солдат, похороненных на Русском мемориальном кладбище в Амерсфоорте

  
АНДРЕЕВ Алексей Андреевич, 1909 г.р., Тверская обл.
   БИРЮКОВ Иван Григорьевич, 1923 г.р., г. Волгоград
   БОНДАРЕВ Григорий, 1900/01 г.р., Курская обл.
   ВАСИЛЬЕВ Николай Петрович, 1911/16 г.р., Саратовская обл.
   ВИНОГРАДОВ Алексей, 1913 г.р., г. Москва
   ВОРОБЬЕВ Егор Иванович, 1902/05 г.р., Хабаровский край, род. в Могилевской обл.
   ГАВРИЛОВ Иван, 1892 г.р., Приморский край
   ГВОЗДИЛИН Михаил Кириллович, 1922 г.р., Кемеровская обл., г. Новокузнецк
   ГЛАДКИН Николай Петрович, 1911 г.р.,
   Ставропольский край
   ГОРШКОВ Александр, 1907 г.р., г. Самара
   ГОРШКОВ Михаил Иванович, 1919 г.р.,
   г. Москва, Токмаков пер., д. 2, кв. 7
   ГРЕШНОВ Григорий Егорович, 1912 г.р.,
   Московская обл.
   ДЕМЕНТЬЕВ Игнатий Федорович, 1908 г.р., Башкортостан, род. в Пензенской обл.
   ДОКУЧАЕВ Никанор Гаврилович, 1907 г.р., г. Волгоград
   ЕГОРОВ Александр Сергеевич, 1902 г.р.,
   Новгородская обл.
   ЗАХАРОВ Иван Васильевич, 1905 г.р.,
   г. Иваново
   ЗИМНУХОВ Василий Иванович, 1905 г.р.,
   Нижегородская обл., Починки
   ЗУЕВ Николай Александрович, 1918 г.р., Тульская обл., г. Новомосковск
   ИСАКОВ Георгий, 1917 г.р., г. Брянск
   КАЛИНИН Дмитрий Константинович, 1909 г.р., Вологодская обл.
   КОЛОМИЦ Василий, 1911 г.р., г. Курск
   КСЕНОФОНТОВ Федор Иннокентьевич, 1921 г.р., Свердловская обл.
   КУЧЕРЯВЫХ Николай Илларионович, 1918 г.р., Курская обл.
   ЛАЗУРСКИЙ Иван Степанович, 1918 г.р., Смоленская обл.
   ЛОМАНОСОВ Николай, 1906 г.р.,
   Ленинградская обл.
   МАРУЛИН Иван Васильевич, 1907 г.р.,
   Волгоградская обл.
   НЕМЕГИН Владимир Владимирович, 1921 г.р., г. Астрахань
   ПАШИН Александр Алексеевич, 1926 г.р., Курская обл.
   ПЕТРОВ Лев, 1919 г.р.,
   г. Санкт-Петербург
   РЕВЕНКО Григорий, 1910 г.р., Калмыкия (?)
   РОМАНОВ Василий Иванович, 1907 г.р.,
   Удмуртия, г. Ижевск
   РОПОЕЦКИЙ Василий, 1905 г.р.,
   Башкортостан, г. Уфа
   РУДЕНКО Василий Григорьевич, 1905 г.р., Новгородская обл.
   РУДИЧ Егор (Георгий/Григорий) Павлович, 1910 г.р., Ставропольский край
   САВИЧЕВ Николай Семенович (?), 1906 г.р., г. Москва, род. в Калужской обл. (?)
   САПРУНОВ Николай Пантелеевич, 1906 г.р., Волгоградская обл.
   СЕЛЯНКИН Михаил, 1925 г.р., г. Тверь
   СИГНЕЕВ Семен, 1910 г.р., Курская обл.
   СКОБЕЕВ Александр Кузьмич, 1897 г.р.,
   Ростовская обл.
   СОКОЛОВ Александр Иванович, 1921 г.р., Башкортостан, г. Бирск
   СПИРИН Степан Афанасьевич, 1914 г.р., Тамбовская обл.
   ТАРАЕВ Шельмат, 1900 г.р., Удмуртия
   ФУРСЕНКО Александр Алексеевич, 1915 г.р., Липецкая обл.
   Ц(З)ЕЛЬМАДЕЙ Иван, 1908 г.р.,
   Тамбовская обл.
   ЦЕЦИЛИН Роман Данилович, 1905 г.р.,
   Саратовская обл.
   ЧЕКАЛОЛИН Алексей, 1915 г.р.,
   Орловская обл.
   ЧЕРНЫШОВ Федор,
   Тамбовская обл., Чибисовка
   ЧУБАЛОВ Алексей, 1903 г.р.,
   Свердловская обл.
   ШАЛНИКОВ Тихон, 1913 г.р., Орловская обл.
   ШАПОШНИКОВ Андрей Митрофанович, 1910 г.р., Волгоградская обл.
   ШАШКИН Семен Петрович, 1921 г.р.,
   Краснодарский край
   ЯРОВОЙ Василий, 1911 г.р., г. Краснодар

Китайская компартия благодарна СССР за помощь в освобождении от японцев во время Второй мировой войны. Поэтому даже могилы советских летчиков, погибших в Корее в 1953 году (многих хоронили в Китае — везти было ближе), ухожены. 

О памятниках советским воинам, погибшим во время Второй мировой в Китае, и говорить не приходится. «Порт-Артур — могилки все ухожены, Муданзян, тяжелые бои там были в 1945-м — прекрасный памятник, в Харбине — просто великолепный, — перечисляет председатель хабаровского совета ветеранов ВОВ Виктор Дерыземля. — Эх, если бы у нас так заботились о наших же памятниках, как заботятся о них в Китае…»

Иногда кажется, что китайцы озабочены сохранением памяти о российских воинах больше, чем сами россияне. Накануне 60-летия освобождения Краснознаменной Амурской флотилией китайского города Фуюаня тамошняя администрация обратилась в Хабаровский край (там раньше располагалась флотилия) с просьбой предоставить поименный список 27 погибших в Фуюане моряков. Само освобождение уже увековечено величественным монументом. К юбилею же китайцы планировали изготовить мраморную доску с выгравированными золотом именами погибших. Не получилось: российская сторона после двух лет поисков смогла найти лишь три фамилии из 27. 

Однако с той же методичностью, с которой китайцы ухаживают за памятниками советским солдатам, погибшим во время Второй мировой, они уничтожают все, что связано с русскими солдатами, погибшими во время Русско-японской войны 1904—1905 годов. 

В Порт-Артуре десятки могил советских летчиков, они наиболее посещаемы китайцами. Даже венки на могилы они возлагают, причем чаще, чем это делают официальные делегации. Недалеко от них — покореженный обелиск с посвящением «русским офицерам и солдатам, погибшим за Царя и Отечество». Сносить его не стали. Снабдили надписью на английском, китайском и русском, из которой следует, что сей монумент является «исторической уликой» агрессии царской России против Китая. И никакой тебе милости к падшим. 

Российская сторона, пусть не на федеральном, а на региональном уровне, готова находить ресурсы для поддержания и этих русских могил в приличном виде. Из Хабаровска на деньги местного бюджета ежегодно устраиваются совместные поездки ветеранов и молодежи по местам боевой славы Дальнего Востока, они-то своими силами и попытались придать божеский вид запущенным могилам. 

Но китайцы против. «В 2003 году нам хотя бы разрешали траву с могил скашивать, — вздыхает Дерыземля, — но уже в 2005-м на кладбище не пустили. А когда мы хотели на памятнике в Порт-Артуре хотя бы икону восстановить, случился скандал: даже из гостиницы не выпустили. В результате привезли нас с пустыми руками под надзором китайских товарищей в штатском к монументу, постояли мы под проливным дождем несколько минут, выпили, как полагается, по три стопочки и уехали...»

   Что нужно сделать с захоронениями советских солдат за рубежом?

  
С почестями перенести в Россию - 98 - 30%
   Договариваться и оставлять на месте - 82 - 25%
   Любой ценой сохранить их там, где они есть - 51 - 16%
   Оплачивать создание отдельных мемориалов - 39 - 12%
   Договариваться за счёт захоронений иностранцев в России - 9 - 3%
   Сперва привести в порядок захоронения внутри России - 35 - 11%
   Их судьба меня не интересует - 11 - 3%

Список Рейдинга

«И чего вам неймется? Вишь, папу она захотела через 60 лет», — привычно обхамила сотрудница владимирского военкомата Лидию Ивановну Алексееву, когда та попросила отправить в Подольский архив запрос об отце. 

Отец, рядовой Иван Опалев, пропал без вести в 1943 году. С тех пор его искали — вначале мать, а после ее смерти сама Лидия Ивановна. «Мы всегда натыкались на подобное отношение, поэтому и поиски результатов не приносили», — уверена Алексеева. 

Вновь обратиться в военкомат она решилась, когда посмотрела по телевизору документальный фильм, в котором показали редкие кадры кинохроники следующего после битвы на Курской дуге дня: тысячи погибших и колонна советских пленных солдат. Последнее полученное от отца письмо было написано как раз на Курской дуге в августе 1943 года. Отец писал, что завтра «будет мясорубка» и что он может не выжить. Следующим известием стала телеграмма — «пропал без вести». 

Приблизительно в это же время юный голландский журналист Ремко Рейдинг начал рассылать запросы в самые разные архивы с целью найти родственников некоего солдата Ивана Ополова (потом выяснится, что в делавшейся наспех надгробной надписи была ошибка), похороненного на кладбище в его родном городе Бадлик-Шпринг, неподалеку от которого располагался концлагерь Амерсфоорт. 

«Для меня все началось в 1998 году, когда я стажировался в нашей городской газете, — вспоминает Рейдинг. — Меня вызвал редактор и сказал: в нашем городе есть русское кладбище в 865 могил, и со времени окончания войны никто из родственников там не был, и никто не знает, где их искать». 

Ремко твердо знал, что освободители его народа — канадцы и американцы, но ничего не слышал о русском кладбище. Но за задание взялся. Единственное, что он знал, — это имена и фамилии. На сбор первичной информации ушло два года. 

«Я посылал запросы в Штаты, Германию, Нидерланды, Россию, писал в архивы, ЗАГСы, военкоматы, — рассказывает Рейдинг. — Кто-то, и это не зависит от страны, не хотел работать и присылал отписки, а откуда-то, наоборот, приходила исчерпывающая информация. Но на всю переписку приходилось тратить много времени. Когда я закончил учиться и начал работать, стало гораздо сложнее». 

Наконец, в 2000 году в Крыму был найден первый родственник — Дмитрий Ботенко, сын похороненного в Голландии Владимира Ботенко. Газета оплатила поездку сына на могилу отца, все было очень красиво. «Я тогда подумал, что, если смог найти одного, смогу найти и других и что, если сейчас не искать, потом искать будет некого, ведь дети тоже стареют и умирают», — объясняет Ремко решение продолжить поиски. 

Прошло шесть лет. Ремко женился на переводчице Ирине, растит сына Дмитрия (его назвали в честь первого найденного родственника похороненного в Голландии солдата) и уже почти три года работает в России корреспондентом Нидерландской ассоциации прессы. За эти шесть лет он нашел родственников 107 похороненных солдат. В том числе и дочь солдата Ивана Опалева. 

«У меня аж ноги подкосились, когда я узнала, что отец дожил до победы, что он работал на шахтах в Германии, умер от туберкулеза 24 мая 1945 года и похоронен в Голландии». — Известие об отце Лидия Ивановна получила почти два года назад, но до сих пор не может говорить об этом без волнения.

Однако вскоре возникла другая проблема: многие хотели съездить на могилы близких, но далеко не все могли себе это позволить. Когда одна из женщин обратилась с просьбой о помощи к главе местной администрации, он предложил ей 500 рублей. В результате на 60-летие Победы опять же стараниями Ремко и за счет голландских спонсоров (с российской стороны только авиакомпания «Аэрофлот» предоставила бесплатные билеты) группа родственников смогла посетить кладбище.

«Вы знаете, там все в таком порядке, иголку найти можно. Я за могилой мамы тщательно слежу, но у меня там порядка меньше», — удивляется Алексеева. Директор кладбища — голландец, но содержание могил оплачивает российское посольство. По словам Лидии Ивановны, европорядок обходится в 100 тыс. евро ежегодно. 

«У них на голландской стороне кладбища, так странно, все могилки как бы среди деревьев разбросаны», — делится впечатлениями Лидия Ивановна. «Нам, голландцам, сложно понять, почему русские оставляют на могилах конфеты и водку», — недоумевает в ответ Ремко. 

Он планирует и дальше продолжать поиски: «Конечно, я всегда рад любой помощи. Морально это достаточно сложно, ведь процесс идет слишком медленно. Но когда я разговариваю с уже найденными родственниками, мне начинает казаться, что в России у меня не только жена и сын в Москве, но еще 107 семей по всей стране». А теперь и как минимум все жители голландского городка Бадлик-Шпринг знают: за победу во Второй мировой войне отдали свои жизни не только канадцы и американцы. 

Как следует поступить с захоронениями советских солдат в Эстонии: добиться от эстонских властей уважительного отношения к ним или перезахоронить прах воинов на территории РФ?

Иван Мельников
, член комитета Госдумы по науке и образованию (фракция КПРФ): «Нужно сделать все возможное, чтобы остановить власти Эстонии: надо подключать мировую общественность, правозащитные организации. Вопрос очевидный: оценка Второй мировой войны однозначна, и особая позиция Эстонии по этому поводу превращает ее в страну-изгоя. Если же эти меры не приведут к результату, тогда нужно вести переговоры о перезахоронении останков в России. Но я думаю, мы найдем понимание со стороны мирового сообщества».

Виктор Алкснис, член комитета Госдумы по делам СНГ (фракция «Родина»): «Я категорически против переноса могил наших солдат откуда бы то ни было, потому что если так дело пойдет дальше, нам придется перезахоранивать порядка 10 млн. человек, погибших на освобожденных от фашистов территориях. Они должны лежать там, где погибли. И поэтому я не согласен с заявлением главы нашего МИДа Сергея Лаврова, что он против «санкционной политики» в отношении Эстонии. А какие еще есть способы для того, чтобы вернуть партнера в цивилизованное русло?» 

Константин Косачев, председатель комитета Госдумы по международным делам (фракция «Единая Россия»): «Предпочтительным, безусловно, является первый путь — добиться уважительного отношения эстонских властей к могилам советских солдат. Я убежден, что памятники должны находиться там, где были установлены, а прах людей — там, где они упокоились. По крайней мере, до тех пор, пока об ином не попросят их родственники: только они вправе решать. Что же касается наших действий, сейчас мы должны добиваться скорейшего заключения двустороннего соглашения об охране воинских захоронений: переговоры с Эстонией идут уже 10 лет, и вопрос не приобрел бы политического звучания, если бы и их, и наша бюрократия были более расторопными. С другой стороны, мы предпринимаем усилия для формирования атмосферы неприятия тех действий, которые осуществляет Эстония. Она и так является единственным европейским государством, занявшим столь опасную и неблаговидную позицию».

Владимир Рыжков, независимый депутат Госдумы, координатор общественного комитета «Россия в объединенной Европе»: «Думаю, есть возможность дипломатического решения проблемы. Уже сейчас эстонцы оказываются в изоляции в Евросоюзе, где отношение к нацизму всегда было однозначно негативным. ЕС вырос на уроках Второй мировой войны. Так что если Россия поработает с европейским общественным мнением, с парламентариями, с их стороны будет оказано мощное давление на Эстонию: ей волей-неволей придется изменить свой подход. Мы отстаиваем святое дело, и поэтому нужно задействовать все рычаги. Но думаю, что нам не надо доводить дело до конфронтации, до политических акций. Мне кажется, это тот случай, когда гораздо эффективнее работать с европейским общественным мнением. Солдаты, которые освобождали Эстонию, не несут ответственность за преступления Сталина—Берии». 

Алексей Островский, зампредседателя комитета Госдумы по информполитике (ЛДПР): «В первую очередь нам нужно добиться уважения со стороны эстонских властей и населения к памяти наших солдат, причем сделать это публично — через различные международные организации (ПАСЕ, ОБСЕ и т.д.) Чтобы они заняли четкую позицию — не пророссийскую, не проэстонскую, а позицию уважения к тем, кто победил фашизм. Если же эти призывы не увенчаются успехом, я все-таки думаю, что останки солдат нужно перенести в Россию. В любом случае на первом месте должна быть память об этих людях, а не политические игры вокруг их захоронений».

Генри Резник, адвокат: «Можно, конечно, предъявить претензии к эстонцам, но они-то к режимам, гитлеровскому и советскому, относятся одинаково, как к оккупационным. Солдаты не виноваты, они выполняли приказ. Но и эстонцы не разрушают памятник, а переносят. Я считаю, надо не вопить, а сесть за стол переговоров. В свое время не покаялись, вот сейчас и расплачиваемся». 

Сергей Безруков, актер: «Надо оставить это на совести эстонцев. Но если они пойдут на то, чтобы разорять могилы воинов, мы этого допускать не должны. В таком случае прах защитников Отечества нужно перенести в Россию и перезахоронить. О вандализме по отношению к могилам людей, отдавших жизнь за Родину, не может быть и речи».

Борис Немцов, политик: «У эстонцев психология малого народа, это надо понимать. По отношению к русским у них всегда был и остается комплекс, и он выражается своеобразно. Но в войну оккупировали не только Эстонию, а и Россию, и Европу. Памятник воину-освободителю — это не памятник большевикам. Я считаю, вопрос может быть решен на дипломатическом уровне. А угрожать — бессмысленно. Ну, введем мы санкции, а они все равно снесут его, и что?» 

Александр Шаганов, поэт-песенник: «Люди, которые сносят памятники, никак не могут понять, что мы все живем на планете Земля и перекраивать историю на свой лад чревато, история этого не прощает. Прах солдат должен покоиться с миром, что бы там ни придумали в Эстонии. Российские власти должны нести ответственность за памятники в любом случае, потому что это наши солдаты. Солдаты действуют не от себя, а по приказу властей, и эти самые власти обязаны позаботиться хотя бы о могилах, если уж о живых не могут».

Дмитрий Маликов, певец: «Эстонцы крайне неправы. Что сейчас ворошить былое? Мы ведь тоже можем припомнить Прибалтике латышских стрелков. Солдаты выполняли приказ, они не задумывались о геополитическом устройстве. России надо мирно решить этот вопрос — попытаться уболтать вторую сторону». 

Подготовили Владимир Рудаков и Анна Горбашова




Логин:
Пароль:
Авторизироваться
регистрация
Текст комментария:
 
Код: