Гарри Каспаров заявил о своем уходе из больших шахмат. Говорит, что намерен сосредоточиться на большой политике. Впрочем, в 2001 году Каспаров уже уходил. Правда, тогда брошенной оказалась как раз политика. Кажется, и на этот раз Каспарова-шахматиста мы теряем ненадолго.
В то, что Каспаров действительно оставил шахматы, всерьез никто не верит. Даже его собственная мама. «Я от него про такое не слышала, — возмутилась Клара Шагеновна в разговоре с «Профилем».— Мне сначала показалось, что это провокация какая-то, что кто-то хочет посмотреть, как на это отреагирует общественное мнение». Ее можно понять — Каспаров-шахматист во многом состоялся благодаря ей. Клара Шагеновна вообще посоветовала корреспонденту «Профиля» сначала внимательно проштудировать труды Гарри Кимовича, а затем уже донимать ее вопросами.
Тем не менее Каспаров действительно собрался уходить из шахмат. На позапрошлой неделе информагентства со ссылкой на самого гроссмейстера распространили его заявления о том, что в шахматах он «сделал все, что мог, и даже больше». А поэтому теперь намерен писать книги и сделать «все возможное, чтобы противостоять диктатуре Путина».
Каспаров уже во второй раз решил стать политиком. Его дебют состоялся в начале 90-х годов. «Гарик активно участвовал в создании Демократической партии России, участвовал во всех заседаниях партии, активно работал над созданием идеологических документов, ездил по стране, — рассказывает директор Центра либерально-консервативной политики Аркадий Мурашов. — Когда на съезде партии мы выбирали, кто будет председателем — Геннадий Бурбулис или Егор Гайдар, — то Гарик ходил по залу со шляпой, куда депутаты складывали бумажки с фамилией».
В 1996 году он вновь замелькал на экранах телевизоров, уже как доверенное лицо Бориса Ельцина.
Однако к середине 90-х годов политический запал шахматиста начал угасать. Каспаров, правда, поддержал в 1995 году движение «Вперед, Россия» Бориса Федорова, а в 1997-м — Российскую народно-республиканскую партию генерала Лебедя. Но, по словам его знакомых, это была именно поддержка, а не активное участие. Лебедя, как рассказывают, он поддержал только потому, что попал под личное обаяние генерала. А затем Каспаров и вовсе отошел на роль наблюдателя, а его участие в российской политике свелось лишь к написанию в The Wall Street Journal политических статей. «Ему стало скучно, — объясняет потерю гроссмейстером интереса к политике Мурашов. — Основные цели были достигнуты, и бороться стало не за что».
Так продолжалось до января 2004 года, когда о яром борце за демократию Гарри Каспарове вспомнили организаторы оппозиционного общественного Комитета «2008: свободный выбор». «Каспаров ведь человек с мировой известностью, — рассуждает один из бывших политических коллег Каспарова. — Он для комитета — это, вопервых, хорошие связи, во-вторых, под него и денег могут дать». Заполучить Каспарова «Комитету-2008» помогла личная дружба с ним ряда комитетчиков, в частности Бориса Немцова и Виктора Шендеровича.
Дубль два
Второе пришествие Каспарова в активную политику сильно отличается от первого. В начале 90-х это был известный шахматист, увлекшийся политикой. Сейчас же он — бывший шахматист с политическими амбициями.
«В начале 90-х годов все его соратники были против того, чтобы Гарик бросал шахматы, — рассказывает Аркадий Мурашов. — Уйди Каспаров в политику, он бы там затерялся — и он это понимал,—а как шахматист он блистал. К тому же его мама очень переживала, что сын так активно занимается политикой, по ее мнению, это сильно мешало шахматам».
Сейчас же, как считает Мурашов, ситуация принципиально иная: «Каспаров — самый известный и яркий из всех комитетчиков. Он им нужен, поэтому Гарику там в рот смотрят. Вот он на этом фоне и решил, видимо, что сможет чего-нибудь в политике достичь».
«И игра в шахматы на мировом уровне, и серьезное занятие политикой требуют массы времени и сил», — объясняет уход Каспарова из шахмат в политику его нынешняя коллега — директор проектов фонда «Открытая Россия» и член «Комитета-2008» Ирина Ясина.
При этом впечатления, что после того, как Каспаров ушел из шахмат и сосредоточился на политике, «Комитет-2008» станет сколько-нибудь заметным явлением на российском политическом ландшафте, почему-то не складывается. «Ну… наверное, нам Гарри Кимович программу свою должен рассказать и еще что-нибудь, — неуверенно предположила Ирина Ясина, отвечая на вопрос о дальнейших действиях «Комитета-2008». — Но вы ведь понимаете, он занимается таким интеллектуальным видом спорта, у него такое мышление», — бодро закончила она.
Судя по всему, и сам гроссмейстер занятие «таким интеллектуальным видом спорта» считает залогом успеха на политическом поприще. Смену занятий он называет «не уходом, а переходом», очевидно нисколько при этом не сомневаясь, что его возможности будут востребованы везде. Правда, пока ни о какой программе Каспарова речи не идет. В своем прощальном послании, опубликованном в The Wall Street Journal, он объявил лишь о том, что сейчас у «демократии есть уникальный шанс поставить мат тирании». Остается загадкой, какими именно фигурами он собирается выиграть на этот раз, а главное — как ему так лихо удалось поделить весь мир на черное и белое.
«Для него вообще шахматы — единственный фон жизненных решений», — говорит главный редактор «Шахматного обозрения-64» Александр Рошаль. А главным качеством любого хорошего шахматиста является умение считать и анализировать. Каспаров в этом готов поспорить с машинами. «Гарри может просчитать даже компьютерную игру, — рассказывает Рошаль. — Он, когда анализирует партию, уставится в потолок и говорит: «А вот компьютер здесь сыграл бы вот так…». Между прочим, слово «компьютер» звучит у него часто».
Довольно простоты
Впрочем, по мнению самого Каспарова, человеческий разум превосходит самый мощный компьютер — прежде всего за счет интуиции и способности оценивать позицию в целом. Однако в политике каспаровская интуиция давала сбой почти всегда. Причем даже в политике шахматной, где его вес и влияние никто и никогда не подвергал сомнению. Например, Гарри Каспаров очень рассчитывал получить контроль над Международной шахматной федерацией, полагая, что старая система себя изжила. А вместо этого, по его собственному признанию, оказался просто вытесненным из шахматного мира. Став к середине 90-х главной фигурой в шахматном мире, Каспаров попытался выдвинуть на пост президента ФИДЕ своего человека — именно тогда и возникла кандидатура Кирсана Илюмжинова, которую многие в то время сочли просто курьезной. Но, заняв пост президента федерации, тот решил действовать самостоятельно. Тут-то и выяснилось, что никаких рычагов влияния на Илюмжинова и ФИДЕ, кроме благодарности за поддержку, Гарри Каспаров не предусмотрел.
Дальнейшее хорошо известно: Каспаров попытался создать альтернативную шахматную организацию, что привело к полной неразберихе и параллельному существованию нескольких чемпионов мира. Все закончилось тем, что в 2000 году Каспаров сам пришел к Илюмжинову и предложил совместно бороться с расколом, который сам и начал.
Поскольку Илюмжинов был не против, процесс объединения медленно, но пошел. На октябрь 2005 года уже был намечен объединительный турнир восьми сильнейших шахматистов мира. Однако сейчас путинцу Илюмжинову дружба с антипутинцем Каспаровым, даже в рамках ФИДЕ, может стоить кресла президента Калмыкии. Поэтому, по мнению людей из круга президента ФИДЕ, Илюмжинов начал саботировать проведение матчей, которые формально открывали бы Каспарову дорогу к главному матчу за титул чемпиона мира. И тем самым спровоцировал очередной разрыв эмоционального гроссмейстера с ФИДЕ.
Фоменко-второй
Судя по всему, спровоцировать Каспарова на разрыв Илюмжинову не составило большого труда. По словам некоторых, близко знающих шахматиста, у Каспарова просто талант ссориться с людьми. По мнению Александра Рошаля, он совсем не умеет лавировать и искать компромисс, поскольку стремится всегда во что бы то ни стало быть лидером.
«Он ведь всегда уходил, когда переставал чувствовать себя первым, — продолжает Рошаль. — К примеру, тот же Травкин (бывший коллега Каспарова по ДПР Николай Травкин. — «Профиль») — человек, который явно не хочет быть на вторых ролях. И они очень быстро разошлись».
Сам Николай Травкин, услышав фамилию Каспарова, коротко заявил корреспонденту «Профиля», что ничего общего с ним не имеет, и повесил трубку.
Впрочем, бескомпромиссность Каспарова во всем, что касается лидерства, легко понять: его с детства приучали к тому, что вторым или третьим он не может быть по определению. С девяти лет он начал выступать во взрослых турнирах. Стал первым гроссмейстером в 15 лет. Затем в 1984 году, когда ему было всего 22 года, стал самым молодым за всю историю чемпионом мира. А в 2003-м — первым сыграл с компьютером в шахматы в виртуальной реальности (в результате ничья — 2:2).
Однако масштабы амбиций великого шахматиста ставят в тупик даже хорошо знающих его людей. «Честно говоря, когда я смотрел фильм «Игры разума» про гениального, но сумасшедшего математика, я ненароком вспоминал про Гарика, — делится с «Профилем» Аркадий Мурашов. — Каких-то вещей в его поведении я до сих пор не могу понять. Например, его горячее увлечение теорией Фоменко. Ведь он даже ездил с лекциями по стране!»
Впрочем, между ревизионером мировой истории Анатолием Фоменко и политиком Каспаровым есть очевидное сходство. В первом случае выдающийся математик решил проверить историю при помощи формальных расчетов, совершенно не интересуясь при этом самим предметом изучения. Великий шахматист Каспаров решил применить свой талант шахматного стратега в мутной и простоватой российской политике, где само слово «стратегия» если и произносится, то лишь с иронической усмешкой. Разница в том, что Фоменко ничем, кроме репутации ученого, не рискует, а в политике самоуверенных дилетантов бывает бьют.
