10.07.2015 | Иван Дмитриенко

Реестр за семью печатями

ФСБ хочет засекретить данные о владельцах недвижимости

Фото: Shutterstock

Открытый доступ к Единому государственному реестру прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП) вскоре может быть заблокирован. Соответствующие поправки в законодательство предложила ФСБ России. «Профиль» выяснил у экспертов, какую цель преследуют силовики, и как принятие поправок отразится на рядовых россиянах.

В пояснительной записке к законопроекту, который размещен на Федеральном портале проектов нормативных правовых актов, говорится, что предоставление свободного доступа к ЕГРП задумывалось «для обеспечения юридической чистоты сделок с недвижимостью», однако сейчас этот механизм «во многом перестал отвечать целям, для которых он создавался». Вместо этого выписки из реестра используются «в преступных либо компрометирующих целях».

В настоящий момент любое лицо может оформить выписку из ЕГРП на сайте rosreestr.ru, узнав, кому принадлежит то или иное недвижимое имущество. По мнению замдиректора российского отделения антикоррупционной организации Transparency International Андрея Жвирблиса, в сокрытии этой информации заинтересованы чиновники. «Публичная система открывает много возможностей для гражданских и журналистских расследований, благодаря которым общество узнает несоответствия между декларируемым имуществом чиновника и тем, что ему реально принадлежит. Когда выявляются эти факты, чиновника можно уволить по утрате доверия или даже возбудить против него гражданское дело, потребовав изъятие обнаруженной собственности как незаконно нажитой», – сказал он «Профилю».

Эту версию «Профилю» подтвердил и соратник политика Алексея Навального, сотрудник отдела расследований Фонда борьбы с коррупцией Георгий Албуров: «Мысль о том, что чиновники хотят скрыть от нас свои роскошные квартиры, прямо вписана в текст пояснительной записки. Когда говорится о компрометирующих материалах применительно к недвижимости, всем понятно, о чем идет речь. В частности, тут имеется в виду кампания нашего фонда по ратификации Россией антикоррупционной статьи ООН, которая вся построена на извлечении открытых данных из ЕГРП. Инициатива ФСБ демонстрирует, что подготовка к избирательной кампании 2016-2018 годов уже началась, и это одна из мер превентивной защиты. Кроме того, сыграла свою роль недавняя история, когда у замдиректора ФСБ Сергея Смирнова как раз благодаря открытому реестру нашли квартиру, которую он не декларировал несколько лет. Силовиков уязвили, и, как мы видим, они это не простили».

Между тем, по сети распространяется другая версия: иницитива ФСБ якобы связана с  владением крымской недвижимостью. Чиновники и крупные предприниматели, покупающие недвижимость в Крыму и регистрирующие его в российском реестре, рискуют попасть под санкции на Западе, а на Украине и вовсе стать фигурантами уголовных дел. Неслучайно Общество защиты прав потребителей недавно порекомендовало решать крымские вопросы как с российскими, так и с украинскими властями. Выход простой - засекретить реестр.

Так или иначе, дело не в указанной ФСБ угрозе злоупотребления сведениями в «преступных целях», считают эксперты. «Те, кто придумывал систему электронного доступа к ЕГРП, понимали, что информация может использоваться мошенниками, – сказал Албуров. – Поэтому все продумано: анонимно запросить выписку невозможно, нужно оставить Ф.И.О., номер паспорта, СНИЛС. Эти данные хранятся, и любой человек может получить справку, кто интересовался его имуществом. Так что, если в ФСБ хотят пресекать преступников, то, наоборот, открытость идет на пользу». «Получить выписку стоит 200 рублей – с одной стороны, эта сумма доступна каждому, с другой, наличие цены мешает потенциальному злоупотреблению через подачу массовых запросов, – добавил Жвирблис. – Мы, например, проверяя чиновника N, не станем запрашивать данные о всех участках вдоль Рублево-Успенского шоссе, чтобы не платить миллионы рублей».

Как уверен Жвирблис, сокрытие информации, напротив, спровоцирует нелегальную деятельность, а также нанесет удар по рядовым россиянам. «Открытый реестр снял многие проблемы при покупке-продажи недвижимости. Судя по всему, они вернутся. Предположим, рядом с вашей дачей есть заброшенный участок, который вы хотите купить. Сейчас все просто: узнал через реестр, кому он принадлежит, и связался с этим человеком. А как будет? Вырастет рынок посреднических услуг, контор, которые будут предоставлять информацию о собственниках. Причем, скорее всего, будут использовать ту же базу данных, только не открытым путем, а оплачивая незаконную деятельность какого-нибудь чиновника. В итоге то, что сейчас стоит 200 рублей, будет стоить 20 тысяч», – сказал эксперт.

До 15 июля предложенные ФСБ поправки находятся на стадии «общественного обсуждения», затем к их рассмотрению приступит Госдума. Уже известно, что Общественная палата РФ одобрила законопроект. Оба собеседника «Профиля» не сомневаются, что он в итоге будет принят. «Боюсь, что тут не одно из проявлений синдрома «бешеного принтера», когда законопроект вносится, чтобы пощупать, попиарить тему. К сожалению, должного общественного сопротивления поправки ФСБ не встретят, так как стороннему человеку кажутся  не такими важными, какими являются на самом деле. Вряд ли законопроект встретит протест в Думе – против выступят от силы 2-3 депутата», – сказал Жвирблис. «Политическая воля, судя по всему, есть, так что поправки примут. Но, может быть, до принятия еще немного поменяют. Надо вчитываться в детали, как все будет отрегулировано», – добавил Албуров.

Если все пойдет по плану ФСБ, то доступ к реестру закроют уже в марте следующего года. «Это противоречит тому, что делает весь мир. В США уже вывешивают не только данные о собственности, но даже договора купли-продажи с печатями и подписями. Весь мир идет в одну сторону, а ФСБ тянет нас назад», – утверждает Албуров.

Тем не менее, представители антикоррупционных организаций уверяют, что выводить чиновников на чистую воду можно и с закрытым реестром. «Сведения из реестра не единственный наш инструмент, есть и другие, так что законопроект не поставит крест на работе Transparency International в России», – подчеркнул Жвирблис. «Это усложнит деятельность Фонда борьбы с коррупцией, но не парализует ее», – добавил Албуров.

24СМИ