16.11.2016 | Екатерина Буторина

Пан или пропан

Дочка «Газпрома» и «СИБУР» ответят перед ФАС за цены на бытовой и автогаз

«СИБУР» – крупнейший нефтехимический холдинг России, который занимается не только продажей, но и переработкой СУГ Фото: ПАО СИБУР Холдинг

Федеральная антимонопольная служба заинтересовалась ценами на сжиженный углеводородный газ (СУГ). По мнению ФАС, биржевые цены на СУГ в России завышены из-за дефицита предложения внутри страны при «завышенном» экспорте. Антимонопольная служба хочет задать вопросы компаниям «СИБУР холдинг» и «Газпром газэнергосеть», которых подозревает в ценовом сговоре. Компании считают себя невиновными.

На российском рынке коммунально-бытового и газомоторного газа складывается напряженная ситуация – им вплотную заинтересовалась Федеральная антимонопольная служба (ФАС). Речь идет о сжиженном углеводородном газе (СУГ). Этим летом, обнаружила ФАС, биржевые цены на СУГ внутри страны аномально скакнули вверх из-за дефицита предложения. При этом на экспорт СУГ отправляли с избытком, в основном на Украину.

Пока «на ковер» вызвали только двух ведущих игроков этого рынка – «СИБУР холдинг» и «Газпром газэнергосеть». Но в ФАС намерены проанализировать и актуализировать всю ситуацию и не исключают, что могут появиться новые дела в отношении других компаний. Корпорации явно замешаны в сговоре – таково первое впечатление от этих новостей. Так ли это? «Профиль» провел свое расследование.

«Дачный газ»

Кажущийся на первый взгляд сложным внутриотраслевым термином СУГ на самом деле хорошо знаком каждому. По крайней мере, тот его вид, которым теперь так интересуется ФАС. Речь идет о коммунально-бытовом газе и газомоторном топливе – это пропан технический, пропан и пропан-бутан автомобильный. Также СУГ используется в нефтехимической промышленности для производства пластика и каучука.

У СУГ есть и своя теневая сторона, когда люди заправляют газовые баллоны на АГЗС. «С точки зрения закона это нельзя делать, но это огромный рынок, – говорит руководитель отраслевого информационно-аналитического центра Rupec Андрей Костин. – Большая часть коммунально-бытового газа потребляется именно так. С точки зрения закона такого быть не может. Уверен, что ФАС игнорирует наличие рынка, которого не может быть, хотя он есть».

СУГ для нефтехима – премиальный товар, он нужен круглый год, на него спрос, по нему составляются длинные контракты. А вот авто- и коммунальные виды принято называть «дачным газом» из-за сезонности спроса. Зимой цены падают ниже заводской себестоимости, а с мая растут – летом чаще ездят на газомоторном топливе, начинается дачный сезон.

Кроме того, для нефте- и газоперерабатывающих заводов СУГ – побочный продукт, хранить его негде, на биржах специальных хранилищ тоже не предусмотрено. Поэтому газ либо сразу продают, либо сжигают. Это еще одна причина, по которой цены зимой сильно падают, и нынешней, по прогнозам, могут составить 5–7 тыс. рублей за тонну.

Волатильность рынка «дачного газа» хором подтверждают все эксперты, знает это и ФАС. Однако этим летом рост цен был аномально высок. Антимонопольщики зафиксировали дисбаланс рынка и завели дело.

СУГ да дело

Рассмотрение дел в ФАС в отношении «СИБУРа» и «Газпром газэнергосети» состоится 28 ноября и 1 декабря, с каждой компанией разбираться будут отдельно. Об этом «Профилю» сообщил начальник управления ТЭК ФАС Дмитрий Махонин. О самом факте дела стало известно в начале ноября. Тогда сообщалось, что, по данным службы, обе компании установили на бирже монопольно высокие цены на СУГ, подняли их в 2–3 раза. Если в начале мая на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже он стоил 11 тыс. рублей за тонну, то в сентябре цена превышала 22 тыс. рублей за тонну. При формировании цен, как предполагается, был использован «несуществующий индикатор», поставки на внутренний рынок занизили, а экспортные объемы, наоборот, увеличили. Цена, объясняет Махонин, не признается монопольно высокой, если она соответствует биржевой котировке и «определенным условиям, прописанным в законодательстве». «Компании-доминанты должны продавать на бирже не менее 10% объемов СУГ от поставок на внутренний рынок, – говорит он. – Сегодня мы наблюдаем, что на бирже не продается необходимый объем СУГ».

Основная доля экспорта приходится на Украину. По данным аналитиков, 51% рынка СУГ соседней страны приходится на российский товар. Бензин там дорожает, а автогаз вполовину дешевле. «От трубного газа по политическим причинам отказываются, а СУГ берут с удовольствием, – продолжает Махонин. – За последние годы потребление российского СУГ Украиной увеличилось в 1,5 раза». При этом экспортные цены на СУГ были ниже внутренних. «Кто объяснит, почему нельзя было поставлять на внутренний рынок СУГ, зарабатывая больше, а отправлять на экспорт и получать меньшую выручку?» – рассуждает Махонин и признает, что пока все собранные данные говорят лишь о «предварительных признаках нарушения». «От компаний запрошены дополнительные объяснения по обстоятельствам возбуждения дела, уже имеющиеся документы исследуются», – добавил он.

Тайна «несуществующего индикатора»

Однако «СИБУР» и «Газпром газэнергосеть» пожаловались «Профилю», что до сих пор не получили от антимонопольной службы официальных уведомлений, а о том, что на них завели дело, узнали из СМИ. Однако отчитаться о своей деятельности, разъяснить свои позиции готовы – и чиновникам, и обществу. Претензии ФАС компании считают неправомерными.

«СИБУР» работает в рамках антимонопольного законодательства и считает сложившуюся оптовую цену на СУГ справедливой, соответствующей рыночным условиям, – говорит пресс-секретарь Дмитрий Черников. – Компания осуществляет продажу СУГ на Московской энергетической бирже, где на протяжении года в соответствии с совместным приказом ФАС и Мин-энерго обеспечивает равномерность и регулярность поставок». Объемы поставок «СИБУР», уверяют в компании, соблюдает в строгом соответствии с предписаниями ФАС. А в «Газпром газэнергосети» отметили, что на экспорт вообще не работают. «Наша компания работает только на внутреннем рынке, – говорит пресс-секретарь компании Ирина Дмитрук. – И если сравнивать с прошлым годом, то за 9 месяцев этого года на внутреннем рынке АО «Газпром газэнергосеть» реализовала на 20 с лишним процентов больше СУГ, чем за аналогичный период прошлого года».

«У ФАС нет на руках рыночного индикатора, поэтому любые изменения на рынке потенциально представляют интерес для службы», – говорит Костин. Признает это и Махонин, потому и выходит, что на данный момент индикатор формирования биржевых цен на СУГ считается «несуществующим». Но «подследственные» возражают: такой индикатор есть.

Этот вопрос «Газпром газэнергосеть» подробно расписала в своей «Торговой политике». В компании заверили, что еще в августе этот документ был отправлен в ФАС. В нем, в частности, подробно описывается метод вычисления «индикатора организованных торгов». «При использовании данного метода цена на СУГ по прямым договорам должна находиться в рыночном интервале», – говорится в документе. Интервал определяется по формуле с учетом средневзвешенного значения дневных цен реализации СУГ компанией на торгах и такого же значения по реализации СУГ третьими лицами. Биржевые цены формирует рынок, баланс спроса и предложения, поясняют, в свою очередь, в «СИБУРе». «Внебиржевые цены формируются с учетом ряда факторов, – говорит Черников. – Это уровень спроса и возможностей по производству; биржевые индикаторы; уровень цен, сложившийся в регионах поставки; экспортные альтернативы». Кроме того, используется котировка DAF Брест – цены на пропан и пропан-бутановую смесь на белорусско-польcкой границе, под которой тоже может подразумеваться «несуществующий индикатор».

Фото: АО Газпром газэнергосеть
Для нефтехимической промышленности СУГ – сырье для производства пластика и каучука, для дачников – обычный бытовой газ в баллонах, для автомобилистов – дешевое топливоФото: АО Газпром газэнергосеть

Третий не лишний?

Рынок вообще так устроен, говорит Костин, что что, бы там ни происходило, это всегда будет вызывать вопросы со стороны ФАС. «Рынок СУГ недоразвит, и разнообразные труднопрогнозируемые факторы вносят веские изменения в цены, – отмечает эксперт. – Все наблюдатели, которые следят за этим рынком, тоже наблюдают некие странные эффекты – кому-то они ясны, кому-то нет. И рост цен почти в три раза за несколько месяцев – достаточно серьезный эффект». Причины, лежащие в основе этого роста, сложны и многообразны, продолжает Костин. Это и сезонный эффект, перечисляет он, и эффект затрудненной логистики, эффект цен на нефть и на внешних рынках, эффекты, связанные с рублем. «Тут нужен огромный анализ, и сомневаюсь, что ФАС в состоянии будет его провести на уровне имеющихся у них руководящих документов», – предполагает он.

Однако «Газпром газэнергосеть» и «СИБУР» не единственные сильные игроки, и многие эксперты удивляются, почему «разбор полетов» устроили только им, а другим – нет. Именно так и мог разбалансироваться рынок – кто-то трудился на благо внутреннего рынка, а кто-то отгружал все на экспорт. Собственно, «под другими» тут можно подразумевать разве что «ЛУКойл». Согласно аналитическому отчету ФАС по результатам анализа состояния конкуренции на оптовом рынке СУГ в 2011–2013 годах, кроме «Газпрома» и «СИБУРа» именно эта компания была также признана занимающей доминирующее положение на оптовом рынке СУГ, используемых для коммунально-бытового потребления и в качестве газомоторного топлива.

По мнению Костина, доля «ЛУКойла» на рынке СУГ невысока, «а маленький игрок всегда будет тянуться к тем ценам, которые есть у больших». Данные ФАС он считает устаревшими – рынок меняется очень быстро. Кроме того, проблемой службы он считает то, что она не всегда в состоянии адекватно провести границы по сегментам рынка, а их у СУГ, как говорилось вначале, довольно много. Основными производителями СУГ на рынке являются прежде всего «СИБУР» и «Газпром» через свою дочернюю структуру «Газпром газэнергосеть», отмечает Манохин. «Другие компании то доминируют, то не доминируют. Наблюдая из года в год за рынком, мы видим, что состав меняется, кроме этих двух компаний, – объясняет он. – При этом подчеркну, что в любом случае, перед тем как принять решение по делу, мы должны будем обязательно актуализировать анализ рынка. Если будет установлено, что еще какая-то третья компания имеет устойчивую долю и занимает доминирующее положение на рынке, и в ее действиях тоже будут обнаружены признаки нарушений, то не исключаю факта возбуждения третьего дела».

Трудно быть монополистом

Разбирательство в ФАС только начинается. Если ее комиссия не признает факта нарушения «СИБУРом» и «Газпром газэнергосетью» (а именно – установления и поддержания монопольно высокой цены, изъятия товара для поддержания этой цены), то дело прекратят. Если признает, то компаниям выдадут предписание об устранении нарушения. Антимонопольный орган может предписать нарушителю и определенную формулу ценообразования, говорит адвокат бюро «Резник, Гагарин и партнеры» Евгений Горбунов. Либо предложат пойти на мировую. Именно так чаще всего и поступают, говорит советник юридической фирмы «ЮСТ» Антон Сироткин. Иначе придется идти в суд, а там перспективы у компаний будут невысокими, считает он. «Причины достаточно простые: усиливающийся прогосударственный подход судов, сложность данной категории дел, требующая «погружения» в экономическую составляющую спора (чего суды пытаются избегать), а также, как правило, хорошая подготовка специалистов ФАС», – объясняет Сироткин.

Неисполнение предписания, проигрыш в суде могут обернуться серьезными последствиями. «Результатом может стать привлечение компаний к административной ответственности и взыскание в федеральный бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, – говорит Сироткин. – Учитывая объем операций на рынке, речь может идти как минимум о десятках миллионов рублей». Нарушителей могут наказать и «оборотным» штрафом в размере от 1% до 15%, добавляет Горбунов. В арсенале антимонопольной службы есть ряд других возможностей для влияния на ситуацию, особенно если она носит повторяющийся характер, добавляет управляющий партнер московской коллегии адвокатов «Легис Групп» Сергей Горбачев. «За систематическое осуществление монополистической деятельности суд по иску антимонопольного органа вправе принять решение о принудительном разделении таких организаций, которые уже не смогут войти в одну группу лиц», – объясняет он.

Другие эксперты, наоборот, высоко оценивают шансы компаний. «Обвиняемые в совершении правонарушений довольно успешно обжалуют решения антимонопольной службы в суде, – говорит председатель коллегии адвокатов «Сазонов и партнеры» Всеволод Сазонов. – Более того, даже в случае привлечения к административной ответственности арбитражные суды нередко в десятки и сотни раз снижают сумму первоначально взыскиваемого административного штрафа».

В последние годы ФАС довольно активно возбуждает дела об установлении монопольно высоких цен, резюмирует Горбунов. «Отчасти это можно объяснить тем, что в кризисной экономике наблюдается рост цен на те или иные товары и, как правило, существует политическая воля на то, чтобы проверять обоснованность повышения цены монополистами», – говорит он. В прошлом году таких дел было порядка 80, отмечает партнер коллегии адвокатов «Муранов, Черняков и партнеры», руководитель антимонопольной практики Олег Москвитин, в преды-дущие годы – в районе 100. «Этим ФАС отличается от иностранных регуляторов, – говорит он. – Например, в США завышение цен монополистами в принципе не является правонарушением, а в Европе за всю историю было лишь несколько дел о монопольно высоких ценах». Европейские антимонопольные органы возбуждают такие дела в исключительных случаях, добавляет адвокат, и при этом большинство проигрывают, «так как европейское правосудие задает очень высокие стандарты доказывания, что цена экономически необоснованна». В иных случаях предполагается, что рынок сам себя урегулирует, например, за счет появления на нем новых поставщиков.

В России ситуация иная. «Экономические и административные условия ведения бизнеса (обилие монополий, множество барьеров для входа на рынок) объективно предполагают большее вмешательство антимонопольных органов в ценообразование, чем у их западных коллег», – признает Москвитин. Но при этом, считает он, «сокращение числа расследований по монопольно высоким ценам с концентрацией на наиболее вопиющих случаях и важных рынках способствовало бы увеличению эффективности такого вмешательства, повышало качество расследований, снижало административное давление на бизнес и в итоге более положительно влияло на экономику». С этим мнением соглашается Горбунов. Критерии цено-образования ФАС, говорит он, могут негативно повлиять и на прибыль компаний. «С точки зрения экономической науки такое решение не будет способствовать развитию конкуренции, поскольку именно высокая прибыль в конкретной отрасли привлекает в нее новых конкурентов», – отмечает адвокат.

Антимонопольное воздействие сегодня не слишком эффективно, подводит итог Москвитин. «Обыватель хорошо видит это на примере цен на распространенные потребительские товары – они растут, несмотря на возбуждаемые дела и накладываемые штрафы, – говорит он. – Это связано с тем, что выгода от нарушений превышает возможные штрафы, а сами штрафы без особых проблем в дальнейшем перекладываются нарушителями на плечи потребителей за счет нового роста цен на товары и услуги».

КОНТЕКСТ

07.12.2016

Мертвая точка зоновых операторов

ФАС планирует в 2017 году отменить выгодный Ростелекому внутрисетевой роуминг

06.12.2016

Строительство «Турецкого потока» начнется в 2017 году

Строительство «Турецкого потока» начнется в 2017 году

05.12.2016

Киевский суд обязал «Газпром» выплатить $6,8 млрд по антимонопольному делу

Киевский суд обязал «Газпром» выплатить $6,8 млрд по антимонопольному делу

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ