31.03.2016 | Виталий Цыганков (Минск)

Хлеб или реформы

В белорусской экономике спад впервые за последние 20 лет. Однако руководство страны не спешит с преобразованиями

Фото: Виктор Драчев/ТАСС

Впервые с 1995 года Беларусь живет в условиях падения ВВП, который в 2015-м году сократился на 3,9%. Промышленное производства упало на 6,6%. «Лидером» оказалась традиционная гордость Белоруссии – «производство машин и оборудования», где снижение составило 25,2%. Рухнули и доходы граждан: после резкой девальвации белорусского рубля (вслед за российским) средняя зарплата в пересчете на доллары уменьшились в два раза.

Сразу же после президентских выборов в белорусском экспертном сообществе разгорелись острые дискуссии на тему, пойдет ли Александр Лукашенко на экономические реформы. Не то чтобы политологи вдруг увидели в бессменном белорусском президенте потенциал великого реформатора – единственным аргументом в пользу реформ был незамысловатый тезис «у него нет выхода».

Но начиная с октября Лукашенко уже как минимум раза три публично убеждал своих не названных им оппонентов в том, что никаких реформ стране не нужно. Впрочем, позже выяснилось, что эту дискуссию президент ведет не с оппозицией или независимыми экономистами, как это было раньше, а с собственным правительством.

Белорусы стали вдвое бедней

16 февраля на совещании «О мерах по повышению эффективности социально-экономического комплекса» белорусский лидер заявил: «При этом хочу подчеркнуть: всякие разговоры, извините меня, превратившиеся в болтовню, по поводу некоего кризиса неприемлемы! Никакого кризиса нет, кризис у нас в голове! Изменились условия, по отдельным направлениям изменились существенно. Ну и что? Это что, впервые в нашей истории?! И не только нашей. Мы знаем, как работать в этих условиях, как на них реагировать».

На этот раз Лукашенко даже не стал прикрываться многозначительными фразами о том, что каждый может понимать реформы по-своему, а прямо заявил, что никакие перемены Белоруссии не нужны.

«И мне ваши реформы совсем не нужны, те, которые вы предлагаете! Мы должны создать нормальную жизнь для людей, функционирования государства и нашего общества – вот что нужно. А то вместо хлеба хотите людям дать некую реформу!» – сформулировал Лукашенко дилемму «хлеб или реформы».

Тем не менее, по мнению многих экономических обозревателей, ситуация в белорусской экономике сложилась такая: на сегодня отсутствие реформ представляет не меньшую угрозу, чем самые рискованные и радикальные преобразования.

Впервые с 1995 года Беларусь живет в условиях падения ВВП. ВВП Белоруссии в 2015 году сократился в реальном выражении на 3,9%, а в долларовом эквиваленте на 26,9% – до $54,9 млрд. В физических объемах ВВП 2015‑го сравнялся с ВВП 2011‑го, а в долларах – с 2010‑м. Иными словами, в своем экономическом развитии Беларусь оказалась отброшена на 5 лет назад. Падение промышленного производства стало еще более значительным, составив в 2015 году 6,6%. Показательно, что лидером падения оказалась традиционная гордость Белоруссии – «производство машин и оборудования», где снижение составило 25,2%.

Однако самые большие рекорды падения показали доходы граждан. В декабре 2014 года, до того как белорусский рубль резко девальвировался сразу же вслед за российским, средняя зарплата в Белоруссии составляла $621. По данным же на январь 2016‑го – всего $314. Естественно, такое драматическое (в два раза за год) снижение произошло прежде всего из-за падения курса белорусского рубля за этот период – с 11 тыс. до 21 тыс. белорусских рублей за доллар. Однако, в отличие от предыдущих девальваций (например, 2010 года), когда власти довольно быстро компенсировали падение рубля номинальным ростом зарплат, на этот раз зарплата в белорусских рублях почти стояла на месте. Средняя зарплата белорусов в январе 2015 года составила 6 млн 23 тыс. белорусских рублей, а в январе 2016-го – 6 млн 551 тыс. Инфляция за год составила 12%. С учетом этого реальные располагаемые денежные доходы населения Белоруссии в 2015 году упали на 5,9% к уровню 2014 года, сообщил Белстат.

Креветкой трактор не заменишь

Естественно, что одной из главных причин нынешних экономических проблем Белоруссии стало снижение экспорта в Россию. Тут сформировалось резкое отрицательное сальдо – почти $7 млрд. Дело в том, что экспорт белорусских товаров в Россию сократился по сравнению с 2014 годом на 31,6% – до $10,4 млрд. Россия, которая сама оказалась в кризисе, просто перестала покупать белорусские тракторы и телевизоры.

И «белорусские» креветки (возможность реэкспорта европейских продовольственных товаров после введения Россией санкций) тут не слишком помогли – во всяком случае, официальная статистика не фиксирует лавинообразного роста продовольственного белорусского экспорта. По поставкам продовольствия виден определенный рост в физическом выражении при одновременном снижении стоимости поставок. За прошлый год экспорт молочных продуктов в натуральном выражении увеличился на 16,2%, мяса птицы – на 19,3%, говядины – на 10,6%, картофеля – на 44,7%, овощей и грибов – на 51,4%, муки – на 8%, льноволокна – на 35,5%. Зато по остальным позициям – машины и оборудование, тракторы, сельскохозяйственная техника, мебель и т. д. – шло снижение и объемов, и стоимости по сравнению с 2014 годом.

Всего же белорусский внешнеторговый оборот товаров и услуг по итогам 2015 года составил $65,5 млрд  – на 24,7% меньше уровня 2014 года. При этом экспорт составил $32,9 (минус 24,1% к уровню 2014 года), импорт упал примерно также. Для традиционно экспортно ориентированной белорусской экономики это не просто падение, это обвал.

Фото: Алексей Даничев/РИА Новости
Больнее всего не признанный властями кризис ударил по населению. Зарплаты в долларовом выражении упали вдвое. Впервые за многие годы стала расти официальная безработица, большие сокращения прошли на всех ведущих предприятиях республики, свыше 1 млн человек трудоспосособного возраста не занято в экономикеФото: Алексей Даничев/РИА Новости

По итогам 2015 года Россия по-прежнему занимает первое место в структуре белорусского экспорта, но ее доля упала всего за год с 48,8% (приблизительно такой процент она составляла все последние годы) до 38,9%. Кстати, другой партнер белорусов по Таможенному союзу – Казахстан – поднялся на скромное 10-е место с 2% (в 2014 году – 11‑е место).

Александр Лукашенко в последние годы не раз говорил о необходимости диверсификации экспорта и ориентации на новые рынки. Однако до последнего времени это были в основном благие пожелания, не подкрепленные конкретными действиями. И вот впервые эти установки нашли свое подтверждение в официальном документе.

26 января 2016-го глава белорусского государства подписал указ «О приоритетных направлениях укрепления экономической безопасности государства». Документ  раскритикован белорусскими экономистами за непоследовательность, отсутствие реальных реформ и стиль, напоминающий решения съездов КПСС. Тем не менее он содержит вполне конкретную установку – обеспечить к 2020 году «планомерную диверсификацию экспорта» между тремя рынками: Евразийского экономического союза, Европейского союза и иных стран, в том числе «дальней дуги». Иными словами, отход от исключительной зависимости от российского рынка становится официально утвержденной властями экономической политикой.

«Флагманы» сокращают «экипажи»

Но диверсификация – дело будущего, а пока падение экспорта и производства катастрофически ухудшило ситуацию в реальном секторе. Согласно данным Национального банка, проблемная задолженность по рублевым кредитам банков на 1 февраля этого года достигла максимального за последние годы уровня. В частности, за год государственные предприятия увеличили проблемную задолженность на 76%, за январь этого года она выросла еще на 33%. Кстати, у частного сектора дела обстоят еще хуже – у них этот показатель вырос за год в 2,8 раза. Проблемная задолженность по кредитам в иностранной валюте на 1 февраля этого года составила 376,8 млн долларов, за год увеличившись на 35%.

Почетный председатель Бизнес-союза предпринимателей и нанимателей им. Кунявского Георгий Бадей полагает, что это может привести к росту числа банкротств, и называет повышение финансовой устойчивости предприятий первоочередной задачей правительства.

«20% предприятий в Белоруссии официально являются убыточными. Еще около 50% предприятий балансируют на грани убыточности, имея рентабельность от 0% до 5%. То есть подавляющее большинство белорусских предприятий можно отнести к проблемным. Если правительство не будет решать их вопросы, то проблемная задолженность будет увеличиваться», – заявил Георгий Бадей.

С другой стороны, в случае немедленного банкротства убыточных предприятий с рентабельностью ниже 5% около миллиона занятого населения страны лишится работы. Поэтому кредиторы (которыми являются в основном госбанки) и не инициируют эти процессы, боясь вызвать гнев с самого верха.

Впрочем, сокращения на белорусских предприятиях последний год и так идут довольно активно, притом именно во «флагманах» белорусской промышленности, известных на всем постсоветском пространстве.

За год 30 крупных белорусских нанимателей уволили свыше 17 тысяч работников. Это следует из отчета о деятельности открытых акционерных обществ за II квартал 2015 года, который опубликовало Министерство финансов Белоруссии. Самые массовые сокращения работников произошли в машиностроительной отрасли. Так, МАЗ уволил 2300 человек, МТЗ – 1756, БелАЗ – 1195, «Гомсельмаш» – 1073.

Внушительные сокращения произошли также на крупнейших предприятиях калийной, нефтехимической и строительной отраслей: «Беларуськалий» сократил 1187 человек, «Нафтан» – 1141, «Белшина» – 1434.
 

Диета «романтиков»
Ожесточенная дискуссия об экономических реформах идет уже не только в среде независимых экономистов, но и среди чиновников. Сегодня одним из главных «реформаторов» считается помощник президента по вопросам экономики Кирилл Рудый. В январе 2016 под его редакцией вышла в свет книга «Финансовая диета: реформы государственных финансов Белоруссии». Авторами книги стали 20 белорусских и зарубежных экономистов. «Необходимость реформ кажется очевидной», – главная идея книги, выраженная в предисловии самого Рудого. «Но отсутствие ясного ответа, куда идти, сдерживает реформы. Перегрузка текущими проблемами не оставляет ни сил, ни времени для стратегических решений. Не просматриваются четкие приоритеты, формы и конструкции новой белорусской экономики. Это сдерживает принятие сложных решений, подталкивает к упрощению ситуации, сохранению прежней хотя бы внешней формы, откладыванию преобразований на спокойный период, увеличению рисков популизма… Реформы сводятся в лучшем случае к обеспечению некоторых элементов макроэкономической стабильности. При этом сохраняется преувеличенная уверенность в управлении ситуацией, которая сложна и непредсказуемо динамична», – пишет помощник президента Лукашенко.

«Заявленная в названии «финансовая диета» – это не шок и не голодовка. Она предполагает упорядоченное, рациональное перераспределение финансовых ресурсов по известным и общепринятым правилам… Если не ограничить бюджетные ресурсы, то экономику постоянно будут преследовать девальвация, инфляция и необходимость государственных займов… «Финансовая диета» означает рациональное питание из разных источников, при котором недостаток государственного капитала компенсируется частными и иностранными инвестициями. «Финансовая диета» для Белоруссии – это прежде всего трансформация государственных финансов», – объясняет Рудый.

Авторы «Финансовой диеты» в этой связи рекомендуют отказаться от ручного регулирования экономики, коренным образом пересмотреть модель распределения финансовых ресурсов и направлять их на эффективные проекты, а не директивно распределять, спасая умирающие госпредприятия. Впрочем, манифестом либерализма книга явно не является. Некоторые журналисты назвали это переходом от госкапитализма к гослиберализму, хотя сами авторы себя либералами называть не спешат, подчеркивая, наоборот, свою консервативность.

Недавно от имени «консерваторов» «Финдиете» ответил заместитель председателя Белорусской научно-промышленной ассоциации Георгий Гриц, который назвал реформаторов романтиками, противопоставив им тех, «кто знает жизнь не по учебникам».

«Как ни крути, а «Нафтан», «Беларуськалий», МАЗ, Минский тракторный завод – с ними ассоциируется Республика Беларусь. С какими предприятиями будет ассоциироваться Беларусь после завершения так называемой «структурной перестройки» по рецептам наших «романтиков», мне кажется, и они не совсем понимают», – считает Гриц.

Рудый и сам назвал главные причины, почему реформы не получатся в 2016 году. Во‑первых, «явного общественного запроса на реформы нет». Во‑вторых, «реформы проводятся, когда нет денег». А пока, по мнению Рудого, деньги в бюджет поступают. Поэтому необходимости срочных изменений нет и у людей, принимающих решения, нет понимания необходимости реформ. В‑третьих, «для реформ нужен внешний стимул». Для стран Центральной и Восточной Европы таким стимулом было вступление в Евросоюз. А Беларусь доказала, что, если на нее оказывают внешнее давление, результат получается противоположный, – считает главный белорусский экономический реформатор из власти.

Социализм заканчивается

Впервые за последние годы в Белоруссии растут цифры «официальной» безработицы. В стране с населением всего 9,5 млн пятая часть трудоспособного населения – свыше 1 млн человек – официально не занята в экономике. По мнению экономистов, они или работают за границей, или имеют нелегальные доходы. Всемирный банк оценивает численность работающих за границей белорусов примерно в 1,1 млн человек.

Белорусы не спешат на биржу труда, поскольку пособие по безработице составляет $10–20 (210–420 тыс. белорусских рублей, при том что прожиточный минимум – 1 млн 751 тыс. 560 рублей). На пособие по безработице можно купить месячный проездной, чтобы ездить на общественном транспорте и регистрироваться на этой самой бирже.

Кроме того, чтобы быть официально зарегистрированным безработным, нужно определенное количество часов провести на общественных работах. И тем не менее количество зарегистрированных безработных за последний год выросло в два раза и сейчас составляет около 1% трудоспособного населения. Впрочем, гораздо больше выросла неучтенная, скрытая безработица, когда работников переводят на трехдневку или отправляют в отпуск за свой счет.

В такой ситуации власти начинают последовательное наступление на последние редуты завоеваний белорусской «социальной модели».

В январе на 30–50% увеличилась плата за коммунальные услуги. За трехкомнатную квартиру семья из трех человек раньше платила около $30, в январе эта цифра выросла до $50. Лукашенко не преминул использовать эту возможность, чтобы в который уже раз за свою карьеру устроить спектакль на заданную тему «хороший царь и плохие бояре». Белорусский президент приказал тарифы немедленно вернуть «на прежнее место», а виновных в их неоправданном завышении посадить.

Авторство другой идеи – о повышении пенсионного возраста – Лукашенко не стал сваливать на чиновников, заявив, что сам является сторонником поэтапного повышения пенсионного возраста на 3 года.

До сих пор в Белоруссии, как и в России, пенсионный возраст оставался на советском уровне: 55 лет для женщин и 60 – для мужчин. По мнению президента, белорусский народ должен решить этот вопрос «постепенно и аккуратно», сделав это за 6–7 лет. Он также пообещал, что в предпенсионном возрасте никого увольнять не будут.

Не забыты и другие способы снятия лишней социальной нагрузки с бюджета – например, чиновники заявляют о необходимости снизить оплачиваемый декретный отпуск с 3 до 2 лет. Власти придумывают новые налоги – недавно ввели налог на дороги, который ежегодно платит каждый владелец автомобиля, – от $50 до $100 в зависимости от массы авто. В середине апреля в силу вступает новый лимит на посылки из-за границы: отныне за все покупки дороже 22 евро белорусам придется платить пошлину 30% от стоимости.

Не только белорусская экономическая модель, но и «социальные завоевания» трещат по всем швам. Если Александр Лукашенко не собирается проводить реформы, на что он рассчитывает? Многие экономисты считают, что главный и единственный план белорусского руководства – переждать тяжелый период, дождаться, когда цены на нефть поднимутся и Россия снова начнет покупать белорусские тракторы и телевизоры.

КОНТЕКСТ

30.11.2016

Минск направил Москве предложения по нефтегазовым вопросам

Минск направил Москве предложения по нефтегазовым вопросам

25.11.2016

СМИ: Минск планирует резко поднять цену за транзит российской нефти

СМИ: Минск планирует резко поднять цену за транзит российской нефти

17.11.2016

Песков прокомментировал слова Лукашенко о желании купить акции «Башнефти»

Песков прокомментировал слова Лукашенко о желании купить акции «Башнефти»

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас

24СМИ