27 апреля 2024
USD 92.13 -0.37 EUR 98.71 -0.2
  1. Главная страница
  2. Архив
  3. Архивная публикация 2009 года: "«Нам нужен порядок»"

Архивная публикация 2009 года: "«Нам нужен порядок»"

Министр иностранных дел Турции 50-летний Ахмет Давутоглу о беспорядках в Иране, посреднической роли своей страны на Ближнем Востоке и напряженности в отношениях с Европой.

Министр иностранных дел Турции 50-летний Ахмет Давутоглу о беспорядках в Иране, посреднической роли своей страны на Ближнем Востоке и напряженности в отношениях с Европой.

«Шпигель»: Господин министр, в соседней для вас стране происходят волнения, каких республика не знала с победы исламской революции в 1979 году. Много лет вы являетесь советником вашего премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана по вопросам внешней политики и хорошо знаете Иран. Как вы оцениваете ситуацию?

Давутоглу: Турцию и Иран связывает весьма продолжительная общая история. Мы знаем наших соседей более тысячи лет. Ни в коем случае нельзя недооценивать эту гордую страну, важно правильно понимать ее. Политическая атмосфера в ней невероятно динамична, как и иранское общество в целом. Оно обладает сложнейшей структурой, в нем очень много слоев.

«Шпигель»: Вы предполагали, что политическое развитие в Иране может иметь настолько взрывной характер?

Давутоглу: Да, безусловно. Между нашими странами очень тесные отношения, и нам было известно, насколько динамичны иранское общество и политическая культура страны. В ходе последних выборов мне бросились в глаза две особенности. Первая — это крайне интенсивная фаза нешуточной предвыборной борьбы. Вторая — высокая явка избирателей. Все это привело к тому, что после выборов появились очень различные интерпретации их результатов. Думается, данное обстоятельство нужно расценивать как свидетельство весьма здорового политического процесса в Иране.

«Шпигель»: Но ведь результаты выборов встречены всеми конкурентами нынешнего президента с недоверием. Оппозиция считает, что были допущены масштабные подтасовки.

Давутоглу: Обсуждение этого вопроса следует предоставить иранцам.

«Шпигель»: Разве речь не идет о чем-то более важном, о борьбе за демократию?

Давутоглу: С этим можно согласиться в том отношении, что масса иранцев хочет быть услышанной. Люди не желают, чтобы политика оставалась исключительно прерогативой государства, их обуревают страсти. Однако о корректности этих выборов судить не хочу.

«Шпигель»: Вы поздравили президента Ахмадинежада с его победой?

Давутоглу: Разумеется. Между двумя дружественными государствами это в порядке вещей.

«Шпигель»: Возможно, в ближайшие недели вам придется направлять свои поздравления новому иранскому президенту.

Давутоглу: Мы в любом случае с уважением отнесемся к исходу политических споров в Иране.

«Шпигель»: Тогда, пожалуйста, помогите нам лучше понять вашего соседа. Возможно, на Западе недооценивали «зеленое движение» кандидата в президенты Хосейна Мусави, выступающего за реформы?

Давутоглу: Вопрос не в Мусави. Думаю, на Западе распространено весьма упрощенное видение ситуации. Там до сих пор превалирует своеобразная логика холодной войны в отношении Ирана, в результате чего формируется черно-белое представление о стране. Истинная картина намного сложнее: в Иране имеется система разделения властей, в государстве существует не только один центр власти. Есть разные движения; индивидуумы, конкурирующие друг с другом. Такой «человеческий фактор» в иранской политике на Западе зачастую не замечают.

«Шпигель»: Давайте поговорим о президенте Ахмадинежаде — летом 2008 года он побывал в Турции с визитом. Не будет ли предполагаемая победа сторонника твердой линии Ахмадинежада знаменовать собой политический регресс в мирном процессе на Ближнем Востоке?

Давутоглу: Разделение политиков по идеологическому принципу на так называемых сторонников твердой линии и умеренных мне не кажется целесообразным. Что касается межгосударственных отношений, то здесь важнее смотреть на прагматизм того или иного политика. Мир и стабильность на Ближнем Востоке отвечают интересам всех сторон, только они позволят превратить наш регион в общую зону благосостояния.

«Шпигель»: Однако уже сегодня «зеленое движение» Мусави пользуется за рубежом существенно большей симпатией, чем лагерь Ахмадинежада.

Давутоглу: Вы вправду верите, что в учении о политических цветах есть какой-либо смысл? Давайте оставим краски в покое. Иранцы — гордый народ. Мы все убедимся, что они смогут преодолеть конфликт в собственной среде. Мы надеемся, что происходящее там будет иметь благоприятный исход для партисипативной политической культуры.

«Шпигель»: Нас удивляет, что все кандидаты поддерживают решение правительства в Тегеране о дальнейшей реализации иранской ядерной программы. Даже иранцы, живущие в эмиграции, выступают за это. Турецкое правительство тоже с пониманием отзывается о ядерных планах Ирана.

Давутоглу: Мне хочется внести полную ясность: турецкое правительство всегда подчеркивало, что иранцы, равно как и любая другая нация, вправе использовать мирную энергию атома. Однако мы всегда побуждали Иран к сотрудничеству с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ). И иранцы нас заверяли: мы не собираемся создавать ядерную бомбу. Пока Тегеран согласует свои действия с МАГАТЭ и реализует мирную ядерную программу, с нашей стороны возражений не будет.

«Шпигель»: Вы доверяете Тегерану? Европейцы и американцы в этом отношении проявляют куда больший скептицизм.

Давутоглу: Мы считаем, что здесь нужно исходить из двух предпосылок. Первая, каждая страна вправе при сотрудничестве с МАГАТЭ использовать атомную энергию в мирных целях. Вторая, принцип нераспространения ядерного оружия должен соблюдаться. Важно, чтобы все страны, включая Иран, добивались доверия международного сообщества. Нам тоже не нужна атомная бомба по соседству. Поэтому мы предложили создание в нашем регионе зоны, свободной от ядерного оружия.

«Шпигель»: Недавно президент Ахмадинежад вновь заявил, что переговоры вести не о чем, во всяком случае, что касается прекращения работ по обогащению урана. Как вы рассчитываете вернуть Иран за стол переговоров, учитывая такие высказывания? Ведь Турция предложила себя на роль посредника.

Давутоглу: Думаю, ключ к успеху заключается в новой политике разрядки в регионе. Важно снизить политическую напряженность, чтобы у дипломатов опять появился шанс. В этом смысле мы приветствуем позицию нового американского правительства, сформированного президентом Обамой, согласно которой ко всем странам региона должны применяться определенные принципы. Это касается не только иранского атомного вопроса, но и целого спектра проблем на Ближнем Востоке. На Турцию ложится большая ответственность. Ведь мы пользуемся доверием всех правительств региона, включая иранское.

«Шпигель»: Однако то, что вы наладили с Ираном столь добрые отношения, вызывает беспокойство в Израиле, с которым Турцию тоже связывает дружба. Не получится ли так, что турецко-иранское сближение будет происходить за счет партнерства с Израилем?

Давутоглу: Сближение означает, что раньше наши отношения были плохими. Это не так, Турция и Иран издавна поддерживают добрые и стабильные отношения. Мы хотим, чтобы наши связи со всеми соседями не омрачались ничем, и это нам удается: отношения с Сирией, которые оставались затрудненными на протяжении десятилетий, великолепны. С Грецией у нас теперь тесная дружба. Мы пригласили в Анкару всех лидеров стран региона, включая президента Ирана Ахмадинежада, президента и тогдашнего премьер-министра Израиля Шимона Переса и Эхуда Ольмерта…

«Шпигель»: ...а также главу ХАМАС Халеда Машаля.

Давутоглу: Верно, ведь турецкая внешняя политика основывается на стремлении не поляризировать, а гармонизировать различные интересы государств региона. Разыгрывать группы или страны друг против друга всегда опасно. Поэтому мы последовательно избегали выражения «ось зла».

«Шпигель»: Однако не все государства в равной степени готовы к сотрудничеству.

Давутоглу: Мы видим вокруг себя не радикалов или умеренных, а наших соседей. Поэтому Турция в равной мере поддерживает отношения с Израилем и Палестиной, с Египтом и Ираном, с ФАТХ и ХАМАС, с ливанской «Хизбаллой» и с коалицией, образовавшейся вокруг убитого бывшего премьер-министра Рафика аль-Харири. Знаете, кто меня поздравил в прошлом году, когда на чемпионате Европы по футболу Турция одержала победу над Хорватией? Один израильтянин, один палестинец и один ливанец! Мы верим не в поляризацию вкупе с изоляцией, а в то, что проблемы можно решать путем диалога. Турции не нужен хаос на Ближнем Востоке, нам нужен порядок.

{PAGE}

«Шпигель»: Значит ли это, что ваша страна вновь стремится стать державой, обеспечивающей порядок в регионе? Это и есть то, что ваши соотечественники называют неоосманизмом?

Давутоглу: Если в это понятие вы вкладываете стабильность и порядок, оно меня вполне устраивает. Если же имеется в виду новое имперское возвышение Турции, я отвечу вам «нет». Мы не стремимся к господству в регионе, мы просто хотим способствовать тому, чтобы он стал надежнее и стабильнее.

«Шпигель»: Европейцы высоко ценят новые посреднические усилия Турции в регионе. Однако в связи с приемом лидеров ХАМАС на страну со всех сторон обрушилась критика.

Давутоглу: В этой связи есть нечто, что мы не вправе оставлять без внимания. Решение о том, чтобы разрешить ХАМАС участвовать в выборах в декабре 2006 года, принималось не в Анкаре. Как бы то ни было, наблюдатели констатировали, что эти выборы были свободными и честными. Не исключено, что их даже можно назвать самыми честными выборами в арабском мире. Боюсь, когда Запад избрал изоляцию победителя выборов в секторе Газа, это подорвало доверие к нему. Наша позиция, напротив, предполагала диалог с ХАМАС. Сегодня, три года спустя, многие говорят, что мы были правы: возможно, нам удалось бы избежать тогдашней войны в Ливане и в секторе Газа, если бы лидеры ХАМАС не оказались загнанными в угол.

«Шпигель»: Вам не кажется, что, уделяя столь пристальное внимание арабскому миру и странам Центральной Азии, вы повернулись к Европе спиной?

Давутоглу: Нет. Вступление Турции в Евросоюз было и остается нашей приоритетной стратегической задачей. Это обусловлено не только нашей внешней политикой, но и историей страны. С тех пор как в середине XIX века Османская империя взяла курс на реформы, она ориентируется на Европу. Но наша страна связана не только с Европой, мы также имеем отношение к Азии, Средиземноморью, Кавказу, Черноморскому региону и Ближнему Востоку. У Турции много измерений. Однако для Европы это не проблема, даже наоборот: если мы как демократическое секулярное государство будем обеспечивать в регионе порядок, это будет Евросоюзу только на пользу.

«Шпигель»: Тем не менее два крупнейших государства—члена ЕС, Германия и Франция, намерены предложить Турции лишь привилегированное партнерство.

Давутоглу: Я разговаривал с министром иностранных дел Франком-Вальтером Штайнмайером и полон оптимизма, в том числе относительно позиции немцев. Не будем забывать: официально все члены ЕС проголосовали за переговоры о присоединении Турции к своему союзу.

«Шпигель»: Однако продвижения в этом вопросе не наблюдается. Еврокомиссия ставит Анкаре плохие оценки, прогресса в реформах практически нет. А в новом Европарламенте немало противников Турции.

Давутоглу: Об этих трудностях нам известно. Поверьте мне, мы с благодарностью принимаем, когда комиссия говорит, что еще нам нужно улучшить. Мы будем выполнять наши домашние задания. Что же касается исхода выборов в Европарламент, то это демократическое волеизъявление европейцев, и я его уважаю. Но я не думаю, что оно будет иметь последствия для переговоров о вступлении Турции.

«Шпигель»: Вас не разочаровывает то обстоятельство, что в Европе вновь распространяется страх перед турками?

Давутоглу: Я так не считаю. Но я признаю, что нам следует больше заботиться об имидже нашей страны в глазах европейцев.

«Шпигель»: Господин министр, благодарим вас за эту беседу.

Подписывайтесь на PROFILE.RU в Яндекс.Новости или в Яндекс.Дзен. Все важные новости — в telegram-канале «PROFILE-NEWS».